– Это все он сообщил вам во время танца, да? – с усмешкой спросил Харт.
– Нет, – покачала головой Мэг. – Это Люси провела кое-какие изыскания.
Харт вскинул брови.
– Значит, Люси одобряет его кандидатуру?
– Ей нравится, что его не волнует отсутствие у меня приданого.
– Это достойно похвалы, – иронически заключил Харт.
Мэг взглянула себе под ноги. По крайней мере, в этот вечер она танцует вполне достойно: еще ни разу не споткнулась и не наступила ему на ногу. Мелочь, но приятно.
– Харт, я… должна поблагодарить вас за все, что вы для меня сделали.
Он оглядел толпу поверх ее головы.
– Мне кажется, если кого-то и благодарить, то герцогиню. По-моему, ваши туалеты и драгоценности ее заслуга.
Мэг вспыхнула и непроизвольно коснулась уха, словно опасалась потерять одну из серег.
– Это правда.
Харт скользнул по ней взглядом.
– Вы потрясающе красивы, Мэг: никогда больше не одевайтесь в тряпье.
В горле образовался ком, и Мэг запрокинула голову. Он сейчас что, вспомнил тот день, когда встал на защиту ее, шестнадцатилетней?
– Я долго не хотела принимать помощь, но она все же сумела меня переубедить.
– Почему не хотели? – удивился Харт, пристально разглядывая ее.
– Потому что… – Мэг отвела взгляд и устремила его в толпу. – …Я не хочу, чтобы меня жалели: это унизительно.
– Жалели? – Харт нахмурился. – Вы так это воспринимаете? Позвольте вас заверить, никто не относится к вам с жалостью.
Комок в горле стал таким большим, что мешал дышать, знакомый запах окутывал ее.
– На меня никто не смотрел, пока не появились эти платья и пока вы не пригласили меня на танец.
Харт немного наклонился, чтобы заглянуть ей в глаза, и его дыхание коснулось ее уха:
– Иногда, чтобы оценить по достоинству бриллиант, ему требуется оправа.
Мэг посмотрела ему в глаза.
– Вы считаете, что я необработанный алмаз?
Его взгляд медленно ощупывал ее лицо. Или декольте?
– Вы алмаз, вне всякого сомнения.
Она еще не сообразила, что ответить на столь весомое заявление, как Харт вдруг спросил:
– Сегодня приступов икоты нет?
Засмеявшись, Мэг покачала головой.
– Нет, слава богу.
– Жаль! – улыбнулся Харт, и улыбка эта была совершенно мальчишеской, проказливой.
Господи, он что, флиртует с ней? С ней еще никогда не флиртовали молодые красивые джентльмены, а если точнее – то вообще никакие! Надо подумать, как себя вести в таких случаях.
– Я могу изобразить приступ икоты, если хотите. – О боже, неужели она это сказала? Вслух! Да она просто оторва невоспитанная!
– В этом нет нужды.
