Скользит взглядом по груди, талии, бёдрам, задерживаясь на точке между ног и снова вверх, по талии и груди, к губам и глазам.
Раздевается он тоже красиво. Резко, быстро. Одежда покидает его тело просто молниеносно.
Стою и любуюсь им. Бугристыми руками, совершенным рельефом закалённого в реальных боях хищника. Его хвост нетерпеливо выщёлкивает что-то за спиной, мой отвечает. Не сдерживаю его шальной радости от общения со своим белым сообщником.
А я смотрю и смотрю на идеального самца, наслаждаясь его жадным взглядом, чувствуя, как от этого желание захлёстывает до небес.
Император обнажается полностью. Выпрямляется во всём своём внушительном великолепии. Что за самец! Моя самка внутри уже бьётся в экстазе!
Подшагивает ко мне, берёт мои руки за запястья. Ласкающим медленным движением поднимает их себе на шею. Наклоняется и накрывает губами мои губы.
Отвечаю на поцелуй. Медленный. Изучающий. Неторопливый. До одури чувственный.
Роргард довольно урчит мне в губы. Подхватывает меня широкими ладонями под ягодицы, впиваясь пальцами.
Таким естественным гармоничным движением поднимает на себя, трётся каменным навершием вздыбленного члена о мои мокрые половые губы, и… наконец-то насаживает меня на себя.
Из моего горла рвётся протяжный стон, но его заглушает торжествующий рык императора.
Только тут он срывается. Держит одной рукой под ягодицы, второй — со знанием дела — ведёт по моей спине, от шеи к пояснице — уверенно приминает гребень и вжимает меня спиной в стену, прямо рядом с картиной его клятой крылатки.
Так ловко обращается с моим телом, будто ничего не вешу. Мои ноги оказываются у него на предплечьях. Шелковистый белый захватчик оплетает мой хвост, сжимает и массирует, вызывая чувственные волны по всему моему телу.
Император терзает губами и языком мой рот, а внизу интенсивно вколачивается в меня, на всю длину, скользит внутри, даёт прочувствовать каждый сантиметр своего толстого длинного члена.
У меня так много влаги, похоти, и… остервенелой дурной радости, что наконец-то это произошло.
Ни о чём не жалею. Хорошо с ним. Правильно. Забуду на сегодня, что он орс. Мне можно. Никогда так никого не хотела.
Плевать, что он взял меня прямо у стены в своём императорском кабинете. Плевать, что я рихт, а он орс. На всё плевать!"
"Лишь бы продолжал рычать в мои губы, вжимать в стену, вбиваться в моё лоно своим шикарным твердым членом, так идеально размашисто, так сильно и глубоко.
