Руслан был профессионалом. И нормативы сдавал на службе. И в свое время боями увлекался. И владел разными техниками. Но Дашка… Разве ж можно против нее всерьез драться? Ермаков хотел этому Лехе выбить не только челюсть, но и все кости пересчитать.
А еще Руслан видел, читал по глазам, по языку тела и жестам, как колючая злость внутри Дарьи перерастает в лютую ярость. С пол-оборота причем. Он понимал, что девчонка теряет контроль. Адреналин сорвал Дашке башню, и все, чего ей сейчас хотелось – драться.
Он понимал девчонку.
Сам таким был лет десять назад. Знал, что таким состоянием сложно управлять. И можно наворотить такого, о чем после пожалеешь.
Ермаков ринулся вперед. Дашка легко увернулась, отпрыгнула в сторону. Но Руслан оказался проворнее. Схватил со спины, сжал, зафиксировал руки, чтобы Дарья не могла нанести ему удар."
"– Спокойно, девочка, спокойно, – заговорил он ей на ухо.
Дарья рычала, точно дикий волчонок. Но сопротивляться не перестала. Кто-то из зрителей засвистел, приветствуя, как они посчитали, новый спарринг.
– Так, все живо кыш отсюда! – выкрикнул Роберт.
Рус был благодарен мужику. Меньше всего сейчас Дарье нужно чье-то внимание и зрители. Она и без того на взводе.
– Тихо, малыш, все хорошо, – продолжал говорить Руслан и ухнул глухо, когда острый локоть вполне ощутимо толкнул его под ребра.
Русу пришлось действовать более настойчиво. И вот Даша уже лежала на матах, придавленная Ермаком. Короткое, рваное дыхание слетало с приоткрытых губ. А взгляд у Дарьи был бешенным. Но в них Рус уже видел проблески сознания.
Вот только Ирбис так и не перестала вырываться из его рук. Рычала, пыталась ударить, вывернуться, даже укусить.
Ермаков смотрел в ее глаза. И столько боли было в них. Столько отчаяния. Ярости. Гнева. На весь мир. На саму себя.
Он понимал ее. Читал каждую эмоцию.
– Все хорошо, девочка, – с нажимом пробормотал Рус. Громко, четко, чтобы расслышала каждое его слово.
Услышала ли? Не понятно. Но Руслану было плевать. Он уже потянулся к приоткрытым губам.
И плевать, если кто-то наблюдает за ними. Да пусть хоть весь мир смотрит! Главное, чтобы Дарья успокоилась.
Даша в первую секунду вздрогнула всем телом. А потом словно обмякла в его руках. Перестала вырываться.
Рус, целуя искусанные губы, не закрывал глаз. Он хотел видеть Дашку.
Но больше всего хотел спросить. Кто ж тебя сломал так, девочка моя? Кто посмел? Ты же принцесса. Золотая избалованная девочка. Кто заставил тебя вот так драться? До последнего не отступать.
