Такие сущности обычно появлялись из древних семейных реликвий, которые люди по глупости снимали с почивших родственников и хранили, с гордостью передавая по наследству. Призраки могли ""спать"" годами, позволяя хозяевам таких сомнительных ценностей отмахиваться от предупреждений и считать их не более чем суевериями. Но наступал момент, когда сущности пробуждались. Их ""будили"" сильные эмоции рядом, смерть или рождение в доме, где хранился подобный предмет, или нарушение магического фона. И единственное, чего призраки хотели, это есть.
"
"С одной из белесых сущностей сейчас билась Лукреция. Растрепанная, с кровавой раной на правой щеке и уже начавшим заплывать глазом, она всаживала в бледное полупрозрачное тело молнию за молнией, но силы не хватало, и призрак лишь рычал и отшатывался, уже через мгновение вновь переходя в наступление.
Вторая сущность что-то делала немного в стороне, ближе к замершим в ужасе горожанам, — сгорбилась над землей и постукивала по земле хвостом, напоминая кота, жрущего только что пойманную мышь.
В том, что ассоциация была близка к правде, Лина убедилась еще издали, стоило перейти на магическое зрение: тварь и правда жрала — распластанного на земле белого мага, в котором уже едва теплилась жизнь. А каждый шаг приближения открывал все новые подробности: расползающаяся по мостовой лужа крови, вскрытая грудная клетка с перемазанными темно-красным обломками ребер…
Рой Фангс.
— Бери его, я прикрою, — бросил через плечо Линден, скидывая с себя верхнюю одежду прямо на бегу.
Плащ улетел куда-то в сторону, а сам напарник, не сбавляя скорости, подскочил к жрущему коллегу призраку и, недолго думая, схватил его за хвост и дернул на себя. Мостовая оросилась новой порцией крови, разлетевшейся с клыков нежити во все стороны. Кажется, забрызгало кого-то из очевидцев, кто-то закричал…
Линетта не думала и не смотрела по сторонам. Стоило Айрторну убрать тварь с дороги, она подбежала к растерзанному сослуживцу и упала с ним рядом на колени.
Ногам тут же стало мокро — плащ, платье и чулки быстро пропитывались кровью.
Рой еще дышал, хрипло, прерывисто, со свистом, однако был без сознания. Полузакрытые глаза закатились, а на губах пузырилась зловеще-розовая пена.
Рядом что-то происходило: летали молнии, что-то врезалось во что-то.
— Лу, пригнись, — прогремел над улицей голос Линдена.
И снова грохот, удар.
Линетта запретила себе смотреть, отрываться от лежащего перед ней тела хоть на секунду.
