Хозяйка дома присмирела и смотрела себе под ноги, хозяин все еще хмурился, но не так сурово, как прежде. Хотела бы Лина знать, как Айрторну это удается.
— Подождите минутку. — Линден отвесил владельцам дома по еще одной персональной улыбке и подошел к Линетте.
Она подняла к нему взгляд.
— Что? — пришлось спросить, потому что тот замялся, что само себе было странно.
— Ну-у, — протянул напарник, убрав руки в карманы брюк и ковыряя землю носком сапога. — В общем, они разграбляли могилы.
— Что-о-о? — У Лины разве что глаза на лоб не полезли.
— Тихо ты. — Линден воровато обернулся и даже, подняв руку, помахал повытягивавшим шеи зевакам. — Не шуми, — снова тихо, склонившись к ее плечу. — Цветы они с могил воровали.
— И?
— Что ""и""? — Айрторн сделал большие глаза. — И продавали, ясное дело.
— Но это же… — Она так растерялась, что не нашла слов.
— Кощунственно? — любезно подсказал напарник. — Ага. Сказали, больше не будут.
Линетта ошарашенно моргнула.
— В смысле сказали? Это же преступление.
Это…
Айрторн поморщился, оперся локтем на невысокую ограду — все-таки от разбушевавшегося призрака досталось ему неслабо.
— Их уже наказало и проучило, — кивнул в сторону явно развороченного внутри домика. — Лина неохотно согласилась: да уж, что есть, то есть. — Так что давай, пусть подписывают, и уходим отсюда. Уже спина от этих взглядов чешется. — Он даже передернул плечами.
Линетта вздохнула и махнула хозяевам рукой: можно подходить.
ГЛАВА 2
Они присели на ступени первого попавшегося крыльца, едва завернули за угол и убедились, что никто из зевак не увязался следом.
— Садись, — строго велела Лина, решив, что освещения в данном месте вполне достаточно.
Айрторн, который так и не надел свой плащ и нес его держа за капюшон на плече, пристроил вещь на острый столбик перил и послушно сел.
— Откуда взялся такой сильный призрак? — озабоченно спросила Линетта, подойдя ближе и остановившись между его широко расставленных коленей; протянула руку и задержала на расстоянии ребра ладони от раны на виске.
Линден зашипел. — Терпи, — шикнула на него Лина. — Знаю, что чешется.
— Будто кожу сдирают.
— Еще скажи, что было приятнее, когда ее и правда содрали, — фыркнула она, отступив и воинственно уперев руку в бок.
Айрторн одарил ее взглядом, ясно говорившим: ""Это ты сказала, а не я, но так и есть"".
Линетта фыркнула повторно и снова подошла ближе, провела ладонью вдоль царапины на руке, близко, но не касаясь.
