— Не надо, — как-то сипло произнес Моррен, глядя на нее округлившимися от ужаса глазами, и даже попытался отступить, когда Лина, не слушая возражений, накинула свой теплый плащ на них с сестрой.
— Надо, — сказала строго, обернув детей шерстяной тканью, словно одеялом. — Я маг, а маги не болеют простудой."
"Им просто холодно и некомфортно, как ей сейчас: стоило раздеться, как осенний воздух мгновенно пробрался сквозь платье. Болезнями это действительно не грозило, но и приятного, конечно, было мало.
— А теперь рассказывайте.
— Укутав ребят, Лина присела перед ними на корточки, чтобы не смотреть свысока и не пугать. Моррен не то чтобы боялся, скорее, опасался и не мог понять мотивы ее заботы. А вот девочка испуганно жалась к брату и смотрела на гостей круглыми, как у совы, глазами. — Как тебя зовут? — улыбнулась ей Линетта.
Но та только сильнее вцепилась в Моррена и спряталась в теплом плаще по самый нос.
— Ее зовут Лилли, — ответил за нее брат. — Лилька, не трусь, — встряхнул руку, на которой та повисла клещом.
— Госпожа маг добрая.
""Наверное"", — добавил его настороженный взгляд. Линетта сделала вид, что ничего не заметила.
— А меня Лина, — представилась персонально ""Лильке"". В ответ на что та спряталась под плащом уже по макушку.
— Лилька не разговаривает, — пояснил Моррен.
Лина поджала губы: на вид девочке явно было больше трех лет, даже несмотря на недостаток веса. Пришлось перейти на магическое зрение. Нет, девочка была здорова физически. Истощена, но, кроме разбитой коленки, никаких повреждений тела Линетта не увидела.
Значит, или немая от рождения, или неспособность разговаривать имела психологические причины — и то и другое магии было неподвластно.
Лина, все еще мягко улыбаясь, протянула руку к детской ножке.
— Можно?
— Угу, — буркнул за сестру Моррен.
Она коснулась ободранной коленки прямо через плащ. Повреждение, конечно же, зажило бы само, но в одном месте кожа была рассечена особенно глубоко, и Лина не была уверена, что не останется шрама. К тому же такое лечение почти не потратило ее резерв.
Девочка удивленно пискнула, когда боль исчезла. А мальчишка в защитном жесте притянул ее к себе ближе.
— Не реви, — велел строго и сам наконец-то чуть улыбнулся — обрадовался за сестру. — А маму? Полечите? — В глазах мальчишка зажглась такая надежда, что Лине стало не по себе.
Она уже увидела ауру хозяйки жилища прямо через стену. Моррен не солгал: женщина спала. Крепким пьяным сном. И нет, она не была больна.
