Внутри мебель для улицы с хорошими мягкими матрасами.
Именно туда они и направились с Сережей. Сын пришел в восторг. Прекрасная террасная доска, качественная мебель из ротанга. Стол из цельного дерева. И даже камин имелся с грилем!
Если бы Юлю пригласили на вечеринку, и она увидела бы подобную беседку, то весь вечер провела бы в ней, носа не показывая вне. Уютно и очень романтично. Особенно сейчас, когда осень окрасила двор желтой листвой и коснулась травы. Сереже в беседке тоже понравилось.
Согласовав действия, они решили обосноваться здесь.
Юля ждала звонка из дома и обрадовалась, когда на дисплее высветилось «мама».
– Привет.
– Привет, родная. Как вы? Как сама? Как Сережа?
Мама волновалась и говорила слишком быстро, дыхание немного сбилось. И это педагог со стажем, привыкший работать с детьми.
– Мама, все относительно нормально. Не переживайте. Мы живы, здоровы. В данный момент гуляем.
– Одни?
– Да.
Они обменялись незначительными впечатлениями, Юля скупо рассказала про дом Тарисова.
– Сереже, наверное, нравится, – с нескрываемой тоской сказала мама.
А вот это уже было больно.
Юля подняла голову и невидящим взглядом посмотрела на деревянную крышу беседки.
Бабушка с дедушкой тоже ревновали. И тоже имели на это полное право. Они жили обычной жизнью обычной российской семьи. Работали, занимались домом. Помогали с внуком. Давали ему и самой Юли всё, что могли. Юля видела и благодарила их. Иногда было непросто всем, но каждый член их семьи старался. У каждого были обязательства, и последние годы они неизменно крутились вокруг Сережи.
Семье Балаевых не хватало звезд с небес. Они им были не нужны. Они умели быть счастливыми и без них.
И когда давно слаженный мирок рушится – всегда больно. Радость сменяется неконтролируемой обидой и толикой отчаяния. Сразу приходят мысли о собственном несовершенстве.
– Мам! Даже не смей об этом думать! – Юля старалась не повышать голоса, чтобы не испугать Сережу. Пусть тот и занят игрушками, но ушки по-любому навострил.
– Я и не думаю.
– Кончено! Не думаешь! Я по голосу слышу! Ты сто процентов накрутила себя. Что, может, надо было больше игрушек покупать… Чаще некоторых товарищей баловать… И пиццу ту вредную с колой ему тоже надо было позволить! Мам! Я тебя очень прошу, прекрати.
Послышался вздох.
– Ты у меня умница, доча.
Ага. Была бы умницей, не переспала бы с незнакомцем. А переспав, потрудилась бы проследить за циклом.
– Мам, как папа? – Юля быстро перевела тему.
