– То есть ты у нее разрешения спрашиваешь, а не у меня? – говорю я, приподнимая бровь.
– А ты против? – Елисей закидывает руку мне на плечи.
– Как будто ты сам не знаешь.
Поднимаемся на третий этаж и садимся на скамейку, окруженную папоротниками. Елисей достает из рюкзака пачку печенья с начинкой из сливочного крема и две пачки сока: апельсиновый для него и яблочный для меня. Отточенными за последний месяц движениями распаковываем перекус: я вставляю в сок трубочки, а Елисей открывает упаковку печенья и разделяет его на половинки, складывая в одну стопку темные кругляшки с кремом, а во вторую – без.
– Как дела с физикой? – спрашивает он и кладет в рот половинку пустого печенья.
– Лучше, чем я думала, – отвечаю, наморщив нос. – Константин Львович сжалился и поставил мне «четыре». Сказал, это подарок на Новый год и больше поблажек не будет.
– Он каждый раз так говорит.
– Не важно, – отмахиваюсь я, – ведь теперь у меня есть ты.
– Боюсь, такими темпами ты до конца жизни со мной не расплатишься.
– Тогда я буду с тобой до последнего вздоха, – устрашающим тоном говорю я.
– Это ты меня прокляла только что?
– Считаешь, я твое проклятие?
Елисей загадочно улыбается. От его взгляда руки до локтей покрываются мурашками, а в груди теплеет от хрустальных чувств. Я уже почти привыкла к этому неземному ощущению невесомости, когда мы рядом, но все равно каждый раз удивляюсь, насколько сильно может притягивать человек. Когда смотришь на него и не можешь оторваться, когда каждая черточка его лица кажется прекрасной, а в глазах напротив сияют все созвездия мира.
Елисей упирается ладонью в скамейку, тянется ближе и целует меня, нежно коснувшись губ.
– Перестань. – Я отстраняюсь и оглядываю коридор.
– Здесь никого нет, – усмехается он и хватает еще одно печенье.
Делаю несколько глотков сладкого прохладного сока, чтобы остудить голову, но это едва ли помогает. Никакой внешний холод не может потушить влюбленность.
– Как рыжая? Вы еще не надоели друг другу?
Тяжело вздыхаю и отвечаю, не скрывая переживаний за подругу:
– Кате уже лучше.
Она много времени проводит с отцом, через пару дней они должны переехать в съемную квартиру, но знаешь… Она все равно очень страдает, я это чувствую.
– Думаю, это нормально.
– Нормально, что ее мать слетела с катушек и портит ей жизнь?! – возмущенно вскрикиваю я.
Елисей поджимает губы, не отпуская мой взгляд. Кажется, меня немного занесло. Не мог он, что ли, вместо сока чая своего волшебного принести? Это было бы кстати.
