– Как ты это поняла? У тебя есть лазерное зрение, которым ты просветила мой карман и добралась до бумажника? – проворчал я, поднимая ее запасное колесо. И почему она не могла водить маленький «трахни-меня-в-миссионерской-позе» «Мини Купер», как все остальные богатые цыпочки этого города?
– Я тебя откуда-то знаю?
Надеюсь, что нет, потому что это будет амплуа либо пляжного тусовщика, либо неофициальной шлюхи города.
Я оглянулся на нее, вытирая лоб и оставляя на нем следы от масла.
– Так и что? Знаешь?
– Ты Роман Проценко.
– Она встревоженно потерла лоб, и вот оно – выражение явного страха и отвращения.
Мое сердце забилось быстрее, хотя и не должно было. Я напомнил себе, что меня это не должно волновать… только вот уже волновало, потому что я потратил часть денег Даррена."
"– Что ж, ты знаешь, кто я. И какие выводы из этого можно сделать?
– Никаких выводов. Мне плевать, даже если ты Папа Римский или Джастин Бибер. Я не хожу на свидания.
– Я тоже, так что перестань вести себя так, будто я тебя домогаюсь, – сказал я откровенно.
Она немного расслабилась и коротко кивнула. Что-то мне подсказывало, что это ее версия улыбки, и она не вызвала во мне волну ненависти. Обычно калифорнийские девушки улыбались так, будто на них смотрит весь мир. Но движения Джесси были осторожными, тихими.
– А как твое имя? – спросил я, потому что на самом деле не должен был этого знать.
– Никак. Ты закончил? – кивнула она на колесо.
– Почти, Никак.
Фактически все было готово. Но я не хотел, чтобы она уезжала. Неизвестно, когда мы увидимся в следующий раз.
Но я точно знал, что в каком-то долбаном, судьбоносном смысле я хотел ей помочь. У меня возник свой интерес в этом деле. Я кое-что знал об изнасиловании. Черт, может, именно поэтому я и был мальчиком по вызову. Как-то неправильно говорить «нет», когда у стольких женщин даже не было выбора.
С другой стороны, не мог же я заставлять Джесси торчать тут часами.
– Все готово, Снежинка. – Я встал, вытирая масло о свои камуфляжные штаны. Все еще находясь на приличном расстоянии от меня, она кивком головы указала на кофе, стоящий на капоте, чтобы не подходить ближе.
– Снежинка?
– Тебя не могут звать Никак, поэтому я выбрал Снежинку.
– Это какой-то политический комментарий? – она прищурила глаза. Я еле сдержался, чтобы не закатить свои.
– Никакого политического подтекста. Ты просто похожа на снежинку.
– Почему?
– Потому что ты охренительно бледная.
Потому что я нашел тебя в грязи, именуемой жизнью, и ты выделялась.
