И продолжил осмотр класса. На задней парте – два очень странных подростка. Мальчик сидел совершенно неподвижно, как каменный. На столе перед ним стоял горшок с комнатным растением. Только у него у одного было собственное растение. Что бы это значило?
– Кто он? – спросил я шёпотом у Игнасио, сидящего рядом со мной с другой стороны.
– Гандул – шлемовая игуана, – услышал я в ответ. – Двигаться мало. Так мало, что на нём появляться растения. Очень гордиться своим растением.
– Правда?! – поразился я.
– Да, – кивнул Игнасио.
Рядом с Гандулом сидела девочка – полная его противоположность. Казалось, ей стоит большого труда спокойно усидеть на месте. И ещё она рвала на мелкие кусочки листья салата. Никто этому не удивлялся – наверное, она часто так делает. Время от времени девочка ещё засовывала в рот конфеты. Одна конфета упала на стол, и Гандул молниеносным движением тут же её схватил. Всё ясно. Привык охотиться из засады.
Следующие два доклада прошли лучше. Но мы всё равно все были рады, когда начался следующий урок – превращение.
У сеньора Лазукоса, местного учителя превращения, были проблемы с кожей – его плечи усеивала перхоть. Наверняка он та самая игуана, что так напугала Джефри сегодня утром в душе. Сеньор Лазукос начал урок необычно.
– Добрый день! – уверенно произнёс он. – Чтобы мы все могли получше познакомиться, предлагаю всем сразу превратиться. По моей команде! Один…
Послышались стоны и кряхтение. Всё происходило очень быстро. Интересно, получится ли у нас?
– Два…"
"Кто-то глубоко дышал, кто-то прикрыл глаза.
Я тоже сконцентрировался, обратил взор внутрь себя и постарался расслабиться. Придётся суметь. Стыдно будет, если останусь в человеческом облике.
– Три!
Друг или враг?
Учитель превращения досчитал до трёх – и комнату наполнили всевозможные звуки: писк, визг, охи-ахи, крики, треск и грохот. Я в обличье пумы лёг на пол и огляделся. Вибриссы выставлены вперёд, хвост нервно бьёт – порой его просто невозможно контролировать.
Моему взгляду предстала потрясающая картина.
Брэндон обескураженно смотрел на своих милых соседок: одна оказалась не слишком симпатичной чёрной катартой, а другая – абсолютно ядовитым древолазом. Гриф и лягушка в свою очередь с ужасом взирали на огромного бизона, живой горой возвышающегося между ними.
Чуть дальше Миро боязливо отодвигался от крокодила, который никак не мог уместиться на своём стуле. Большая часть его туловища свисала впереди и позади сиденья.
