Закончив этот разговор, Даша позволила себе задержаться всего на пару минуток, чтобы спокойно постоять, впитывая всю красоту дивной панорамы, подышать свежим, невероятно вкусным воздухом и… и решительно выдохнув, поспешила спуститься вниз, в кухню.
Понятное дело, хозяйничать в чужом доме она не собиралась, но чайник-то поставить ведь можно?
Красивый, стилизованный под интерьер кухни электрический чайник, который включила Дарья, не успел закипеть, лишь обозначив свою готовность к этому моменту предварительным шумом, когда в кухню зашли через дверь чёрного хода Лидия Григорьевна с Дмитрием Егоровичем и следом за ними, замыкающим, Вольский с большим, по виду пустым рюкзаком, который поставил на пол в углу.
– Здравствуйте, – поздоровалась со всеми Дарья и спросила: – Скорая спасательная?
– Она самая, – подтвердила Лидия Григорьевна, подошла к дочери, обняла и поцеловала. – Мы взяли твою аптечку, добавили кое-какие медикаменты и перевязочные, что были у Дмитрия Егоровича, продукты и поехали по посёлку.
Подумали, что у людей могут быть травмы, ушибы, да что угодно после такого-то урагана, ну и мало ли какая помощь понадобится. А тебя не стали будить, Дмитрий Егорыч сказал, что вы до рассвета не могли заснуть и разговаривали. Вот мы втроём, коллегиально и решили, что тебе требуется нормальный, полноценный сон и отдых.
– Спасибо, – поблагодарила Дарья, – выспалась я отлично. – Девушка указала подбородком на скукожившийся от пустоты рюкзак в углу. – Помощь, как я понимаю, понадобилась.
– Ну, а как, – развёл руками Волков и порадовался, услышав громкий щелчок, с которым выключился чайник: – Ага, замечательно, кипяток. Сейчас чайку соорудим.
– А кофе можно? – попросила у него Даша.
– И кофе можно, всё можно, – улыбнулся ей хозяин дома.
– А Павлик где? – спросила Дарья у мамы."
"– Зайчата при деле, – ответил Егорыч, опередив Лидию Григорьевну, – на заднем дворе помогают Глаше и Олегу приводить в порядок домик для птиц и переносить туда цыплят и утят.
Сами вызвались и инициативу проявили.
– Как дела в посёлке? Много пострадавших? – спросила Даша, усаживаясь возле овального столика в то же кресло, на котором сидела ночью.
– Тяжелых травм, слава богу, не много, – ответила Лидия Григорьевна, располагаясь на диване, напротив дочери. – В основном порезы от стёкол разной степени сложности, вывихи, ушибы, два перелома, парочка лёгких сотрясений мозга, сердечный приступ у бабушки одной.
