Итак, в чем же состоит первостепенная задача этого существа? В том, чтобы постоянно накапливать энергию, которая позволила бы ему сделать свои проявления все более отчетливыми и продолжительными? А что означает его проклятие, процитированное в письме Петира: «Я буду пить вино и есть мясо, я буду по-прежнему ощущать тепло женщины даже тогда, когда от тебя не останется и костей»?
И наконец, почему призрак оставил меня в покое сейчас, почему он не мучает меня и не пытается вовлечь в свои игры? Чью энергию использовал он в последний раз — Дейрдре или мою? (Откровенно говоря, мне довелось увидеть не так уж много призраков.
Я не принадлежу к числу сильных медиумов. А если быть совсем уж точным, то любое из привидений, представавших передо мной прежде, можно было объяснить причудливой игрой света и тени или моим чрезмерно богатым воображением.)"
"Возможно, с моей стороны было глупо так думать, но мне почему-то казалось, что, пока я нахожусь вдали от Дейрдре, призрак не способен причинить мне вред. То, что случилось с Петром ван Абелем, объясняется в первую очередь его поистине выдающимся даром медиума, которым завладел и по своей воле манипулировал демон.
А мои экстрасенсорные способности более чем скромны.
Тем не менее было бы поистине роковой ошибкой недооценивать это существо. Вот почему отныне я должен постоянно держаться начеку.
Поезд прибыл в Новый Орлеан в восемь вечера, и практически сразу же после приезда меня стали преследовать мелкие неприятности.
Сначала возле самого вокзала меня едва не сбила какая-то машина, а чуть позже такси, в котором я ехал в отель, чуть не столкнулось с другим автомобилем.
В тесном вестибюле «Роял Корт» на меня налетел пьяный турист и тут же полез в драку. К счастью, рядом оказалась его жена, которой удалось усмирить и с помощью коридорных быстро увести наверх разбушевавшегося супруга. Она, конечно, извинилась за его поведение, однако в память об инциденте на моем плече осталось несколько нешуточных царапин. А ведь я даже не успел оправиться от потрясения, вызванного происшествием с автомобилем, — оно случилось совсем рядом с отелем.
«Опять воображение разыгралось», — подумал я. Однако в тот момент, когда я поднимался по лестнице в свой номер на втором этаже, из-под моей руки выскользнул кусок обветшавших перил, и я с трудом удержался на ногах. Коридорный буквально рассыпался в извинениях.
Часом позже, в то время как я записывал в дневник последние события, на четвертом этаже отеля неожиданно вспыхнул пожар.
