Но почему она так напугана? Полагаю, личная встреча со Стеллой поможет мне правильно оценить обстановку и сделать более обоснованные выводы».
Чуть позже в тот же день он позвонил Ирвину Дандричу, нашему платному осведомителю, и пригласил его на ужин в один из шикарных ресторанов Французского квартала, расположенный неподалеку от отеля.
Хотя Дандрич не мог сообщить никаких сведений, касающихся исчезновения Таунсенда, он с радостью принял приглашение и в течение всего ужина без умолку пересказывал сплетни о Стелле.
По общему мнению, она в самом прямом смысле слова «прожигает свою жизнь».
— Посудите сами: ну можно ли каждый день выпивать по бутылке французского коньяка и при этом надеяться жить вечно? — разглагольствовал Дандрич, всем своим видом демонстрируя пренебрежительное отношение к предмету разговора, хотя в глубине души явно получал от него наслаждение. — Не говоря уже о скандальной истории с Пирсом. Ужасно! Молодому человеку едва ли исполнилось восемнадцать! Кроме того, это просто глупо со стороны Стеллы.
Ведь Кортланд всегда был ее самым преданным и надежным союзником в борьбе против Карлотты. А она вдруг безумно влюбилась и соблазнила его любимого сына. Полагаю, Баркли и Гарланд тоже не в восторге от этого. А уж как переживает Лайонел, одному только Богу известно. Лайонел маньяк и однолюб. И его мания, конечно же, носит имя Стелла.
Лангтри поинтересовался, собирается ли Дандрич на прием к Стелле.
— Ни за что на свете не пропущу, — ответил тот.
— Уверен, без грандиозного скандала там не обойдется. Стелла категорически запретила Карлотте в такие вечера уводить из дома Анту. Карлотта просто кипит от гнева и грозится вызвать полицию, если поведение гостей выйдет за рамки приличия.
— Расскажите поподробнее, что представляет собой Карлотта, — попросил Лангтри.
— Это Мэри-Бет, у которой, если можно так выразиться, вместо марочного вина в жилах текут желчь и уксус. Она поистине выдающаяся личность, однако напрочь лишена воображения.
Она богата, но не испытывает никаких желаний. Карлотта невероятно практична, осмотрительна, трудолюбива — и при всем том страшная зануда. Надо отдать ей должное, она неустанно заботится обо всех, кто в этом нуждается: о Дорогуше Милли, о Белл, о малышках Нэнси и Анте. Кроме того, в доме по-прежнему живут двое престарелых слуг, впавших в полнейший маразм, — Карлотта опекает их наравне с остальными.
