Брат Бернар подошел к ней вплотную, взял ее за руки.
Его руки были холодны как лед – холоднее даже каменных тюремных стен.
– Дочь моя... – голос инквизитора предательски задрожал. – Дочь моя... какие у тебя прекрасные волосы...
– Святой отец, что вы такое говорите! – Маргарита попыталась высвободиться из рук брата Бернара, но он сжимал ее запястья, словно клещами, словно ледяными клещами. – Святой отец, я ведь замужняя женщина... это грех, страшный грех...
– Кто тебе это сказал?
– Так мне говорил наш приходский священник отец Амвросий.
..
– Что знает этот отец Амвросий о грехе! – воскликнул инквизитор. – Что может знать о грехе приходский священник? Я видел в своей жизни столько греха, что иногда мне кажется, знаю о грехе больше самого Дьявола!
– Святой отец, не называйте его по имени, не то накличете беду! – Маргарита попыталась перекреститься, но инквизитор не отпустил ее руки.
– Грешниками, которые прошли через мои руки, можно наполнить ад! – проговорил брат Бернар, не сводя с Маргариты пылающего, лихорадочного взора.
– Так неужели я не заслужил отпущение одного-единственного греха? Дочь моя, дочь моя! – жарко шептал инквизитор, на коленях подползая к дрожащей от страха женщине, хватаясь за край ее одежды, как утопающий хватается за обломок корабля. – Дочь моя, Христос велел возлюбить ближнего, как самого себя! Возлюби же меня, и я сделаю так, что уже завтра ты вернешься к себе домой, очищенная от всяких обвинений!
– Это грех, святой отец! – лепетала Маргарита, вжимаясь в холодную стену.
– Пощадите меня! Не требуйте от меня невозможного! Не губите мою бессмертную душу! Не вводите меня в грех!
– Что ты знаешь о грехе, еретичка! – вскрикнул брат Бернар."
"Лицо его страшно исказилось, как будто сквозь облик смиренного монаха проступили черты закоренелого грешника, воплотившего в себе все семь смертных грехов. Он вскочил на ноги, схватил Маргариту, рванул ворот ее платья. Ткань разорвалась, обнажив нежную грудь и висящий на ней золотой медальон.
– Защити меня, святая Урсула! – воскликнула Маргарита и из последних сил оттолкнула распалившегося инквизитора.
Тот упал на каменный пол, тут же вскочил с перекошенным лицом, бросился к несчастной женщине... но какая-то сила оттолкнула его.
Брат Бернар изумленно взглянул на фрау Ситтов.
Маргарита стояла возле стены камеры, подняв руку в крестном знамении, и на какой-то миг инквизитору показалось, что она окружена бледным, едва заметным сиянием, сиянием цвета майского меда.
