Твою ж мать, так и манят коснуться!
— Ты мокрая, — цежу сквозь зубы, имея ввиду совсем не футболку.
— Вообще-то да! — Маша вскидывает брови, делая вид, что не замечает моих намёков. — Пусти, дай выйду!
Но я даже не думаю разжимать ладони.
Прохладная вода лишь немного охлаждает моё пылающее тело. При виде загнанной в угол и слегка напуганной девчонки в плавках всё набухает и начинает пульсировать. Маленькие ладошки протестующе упираются мне в грудь.
— Пусти… — шепчет Маша, а сама воспламенённый возбуждением взгляд опускает.
Да, вино моё её явно разгорячило!
Грудь с призывно очерченными мокрой тканью сосками высоко поднимается от глубоких частых вдохов.
Кладу руку на её живот и постепенно задираю вверх футболку.
Малышка барахтается, с трудом доставая носочками до дна бассейна. Непорядок. Надо бы её поглубже отнести. Делаю несколько шагов в сторону брата, и крошке приходится держаться за мою шею, чтобы не уйти под воду.
— Можешь меня обнять, — добродушно усмехаюсь.
— Саша! — она поджимает пухлые губки, выглядит растерянной, не зная, куда ей девать руки.
Я помогаю крошке определиться — беру за бёдра и сажаю себе на талию.
— Мне, наверное, ещё нельзя купаться… — лепечет. — Доктор же сказал…
— Ты здорова, Маша, — позади раздаётся голос брата.
Хм… наверное, Миша не такой уж непробиваемый? Неужели он специально играл роль заботушки, чтобы расположить к себе нашу строптивую пленницу?
Мой палец касается её ключиц и медленно начинает двигаться вниз.
Малышка такая горячая и влажная. Подрагивает от каждого прикосновения.
Брат пристраивается сзади. Припечатывает Машу ко мне плотнее, а потом целует её влажную шею, слизывая языком капли воды…
Ладонь Миши накрывает полную грудь и слегка приподнимает её, подтягивая футболку наверх…
— Ты очень красивая, — шепчет брат.
Я хоть и не спешу комплименты ей отвешивать, но полностью с ним согласен.
Хороша Чертовка! Как же хороша…
Налитые краской губы манят к поцелуям. Изящное тело с мягкими изгибами просто идеально… Маленькая, юркая, отзывчивая…
— Не надо… я не…
— Тссс… — накрываю её губки пальцем.
— Малышка, мы не будем делать ничего, что тебе не понравится. Обещаю…
Расплываюсь в усмешке, глаза в по-детски наивные глаза этой крошки.
Миша тоже шепчет ей на ухо страстные комплименты. Незаметно подтягивает вверх её мокрую футболку.
Маша вся пылает. Взволнованная, растерянная, и, я уверен, очень возбуждённая.
Наконец, футболка оказывается настолько высоко, что обнажается грудь.
Пах простреливает жаром.
