Да и сами хаоситы — кровожадные существа. Всё это попахивает безумием.
— Я специалист по безумным затеям.
— Мы вдвое не справимся, — отрезала девушка, столкнув брови над переносицей.
— А кто тебе сказал, что нас будет двое? Я пойду один. А то вдруг придётся бежать так, что только пятки засверкают.
Огнева задумчиво нахмурила лоб, пару секунд размышляла и согласно кивнула. А я удовлетворённо хмыкнул.
Отлично. Баронесса лучше меня разбирается в делах Пустоши и местного филиала Хаоса, поэтому она точно сумеет отыскать недругов жриц Маммоны.
Но надо будет по этому поводу ещё и с Рарогом поговорить. Один источник информации хорошо, а два лучше.
Между тем такси остановилось около дома баронессы. Я расплатился, и мы покинули автомобиль.
Вечерняя прохлада коснулась кожи, а мой взгляд первым делом упал на парочку, ссорящуюся в арке соседнего дома.
Наглого вида широкоплечий лысоватый мужчина злобно шипел на молодую девушку, хлопающую мокрыми глазами.
Бедолага уже хлюпала носом и что-то жалобно блеяла, нервно поправляя бретельку сарафана.
А мужик явно дышал на неё алкогольными парами. Уж больно рожа у него была красная. А рубашка расстегнута чуть ли не до пупка, демонстрируя заросшую волосами грудь и начавший округляться живот.
— Ты так и будешь стоять? Или всё-таки поможешь? — недовольно процедила баронесса, глядя на парочку.
— Да он и сам справиться. Смотри, какой бугай.
— Да не ему, а девушке. Он же сейчас ударит её или ещё чего.
— Огнева, разуй глаза. Видишь, как жалобно девушка посматривает в мою сторону? Она провоцирует меня на помощь.
А мужичок-то не такой уж и пьяненький. Скорее, он притворяется. И знаешь, что всё это значит?
— Ловушка, — сощурилась баронесса. — Хитро.
— Да какая ловушка? Они действительно ссорятся. А тебя легко запутать, — усмехнулся я и двинулся к смертным, услышав за спиной сердитое ворчание Огневой.
— … И что б я больше не видел тебя с этим молокососом. Иначе я и тебе, и ему ноги переломаю. Ты меня знаешь.
Я слов на ветер не бросаю, — яростно прохрипел мужик, пуская слюни.
— Пётр, оставьте меня в покое, — умоляюще пропищала она, снизу вверх испуганно глядя на человека. — Я не хочу быть с вами. Уйдите, прошу. Идите к вашей жене и детям.
— Да я люблю тебя, дура! — рыкнул тот, нависнув над девушкой. — И ты всё равно будешь моей.
— Вы мне противны.
— Э-э-э… вспомни, с кем ты говоришь. Я дворянин! — выдохнул мужик и гордо ткнул себя пальцем в волосатую грудь.
