А значит, рано или поздно мне снова придётся столкнуться с этим могущественным существом.
Пока же я почесал шею и вошёл в аудиторию. А там уже у доски стоял Евграф Петрович Чернов, высохший старик с остатками седых волос на голове и пигментными пятнами на жёлтой коже.
— А вы, Громов, гляжу, не торопитесь на мою лекцию, — саркастично пробурчал он, потревожив сморщенные губы. — Уже начали задирать нос? Запомните, чем выше взлетаешь, тем больнее падать.
— А я и не собираюсь падать, — проронил я и уселся рядом с девицами.
Евграф Петрович с хрустом повернул голову на сто восемьдесят градусом и наградил меня колючим взглядом, но смолчал. Лишь усмехнулся и продолжил лекцию. А та касалась божеств Хаоса.
Люди внимательно слушали дребезжащий голос Чернова. А тот выдавал вполне дельную информацию, но кое-где неправильную. Мне-то о богах Хаоса было известно гораздо больше. И я понимал, где ошибается лектор.
А тот вдруг замолчал на пару секунд и следом с усмешкой выдал:
— Кто из вас, бездари, может назвать все имена бога Хаоса Сварга? Не четыре общеупотребимых, а все.
Может, вы, Громов? Или вы только спец по части махания железками и швыряния магией?
Насмешливый взгляд старика вперился в меня как разящий клинок мстителя. Видать, он затаил обиду и теперь хотел выставить меня на посмешище.
А среди кадетов хватало тех, кто злорадно глянул на меня, ожидая моего провала. Всё-таки смертные удивительно завистливые существа. Причём мерзко завистливые. Они в глаза тебе будут говорить, как восхищаются тобой, а за спиной поливать грязью.
Люди в своих глазах не замечают бревна, а в чужих разглядят соломинку.
Вся аудитория замерла, глядя на меня. А я спокойно поднял зад с лавки и принялся называть имена Сварга. И с каждым новым именем лица моих тайных завистников все больше мрачнели, как мрачнела и физиономия преподавателя.
Тот пожевал губы, когда я назвал все имена, а затем пренебрежительно проговорил:
— Ну хорошо хоть вы знаете имена Сварга. Правда, их наверняка слышали даже мальчишки в деревнях.
А вот имена Маммоны… Их-то уже не так-то просто назвать.
Я тут же отчеканил все имена богини, заметив, как совсем потухли глаза завистников. Они-то рассчитывали тишком позлорадствовать, а тут вышел очередной облом. Даже Чернов и тот поморщился, словно сожрал лимон.
— Назвать имена оставшихся двух богов Хаоса? — невинно спросил я, ловя на себе восхищённые взгляды девиц.
— Не надо, — проворчал лектор. — Вы и так отняли у нас много времени.
