– Как мы могли не подумать об этом?! – стукнул он себя по лбу, вызывая мой заливистый смех.
– Ну-у-у, наверное, мы устали надеяться и не увидели бы очевидного…
– Господи! Это что же получается? Мы снова будем родителями?! У нас будет маленький ребенок! И мы снова пройдем через все те вещи…
– Мне казалось, тебя достал их плач и капризы, мы практически не высыпались в первый год, – прервала я его, вспоминая, как я хихикала над его несчастным выражением лица, когда нам приходилось вставать для ночного кормления.
– Эй! Нечестно припоминать мне это! К тому же на этот раз у нас будет один малыш, а не двойня, – с этими словами Осман рывком притянул меня к себе на колени, накрывая мой рот губами и нежно целуя.
Отдавшись переполнявшим чувствам, я ответила, крепче прижимаясь к мужу и сжимая его плечи руками. Удивительно, но даже спустя двенадцать лет брака наша страсть не угасла.
– Нужно отметить это! – прерывая поцелуй и тяжело дыша, выдохнул Осман.
Вскочив, муж ушел на кухню и вернулся с двумя фужерами.
Один с шампанским для себя и с апельсиновым соком для меня.
– За один из самых счастливых дней в нашей жизни! – произнес он тост, чокаясь со мной.
– И за предстоящий год, который подарит нам счастье и малыша, которого мы уже не ждали! – поддакнула я, выпивая фужер до дна и снова встречая губы мужа на полпути.
Год действительно обещает быть лучшим, учитывая то, как счастливо он начался!
Семь месяцев спустя…
– Я думала, мальчику ты обрадуешься больше, – прошептала я, тихонько обнимая мужа со спины.
Не обнаружив его, проснувшись, я пошла по его следам и ожидаемо застала его склонившимся над колыбелью нашей дочери.
Эта беременность была не такой легкой, как предыдущая, и мы оба успели здорово перепугаться, когда роды начались раньше срока аж на целый месяц. Так что наша дочь со всех сторон была чудом, посланным нам с небес.
– С чего бы? – обернулся Осман, перехватывая мои руки. – Я никогда не разделял детей по полу.
– Да неужели? – скептически подняла я бровь. – Может, мне изменяет память, но Айле досталось намного больше внимания по сравнению с Асадом.
– Просто девочки нуждаются в большой заботе, – авторитетно заявил муж.
– Вот как?
– Да, вы нежнее и ранимее. А наша Ария – особенно, – вновь оборачиваясь к дочери и одаривая ее нежным взглядом аквамариновых глаз, прошептал он.
За ту неделю, что мы вернулись из больницы, Осман глаз не спускал с дочери, и сегодняшняя ночь была не первой, когда я заставала его в детской.
