Я не мог смотреть в глаза Ольге, было стыдно перед сыном, но какая-то непреодолимая сила раз от разу нашёптывала алгоритм к нашей разлуке. Единственный плюс для них, который явно горел зелёным цветом, заключался в одном из правил безопасности — чем дальше от меня, том спокойнее, но это утешение вряд ли хоть на йоту облегчило бы состояние оставленной женщины, пусть и с квартирой и с достаточным содержанием."
"В разговорах с Москвой уже пробегала искорка напряжённости и недопонимания в отношении готовящей-< и свадьбы, что подталкивало к принятию кардинальных решений и действий. Семья уехала в столицу, мне же появляться там, по настоянию наших «главшпанов», было запрещено. За несколько дней, чтобы уменьшить траты, взял в аренду джипик с открытым верхом и снял квартиру в доме у самого океана, но не в курортном месте (хотя любая точка на этом острове — курорт). Это меня устраивало больше, и стало после постоянным правилом, исключавшим любые случайные встречи, шансы на которые не только были высоки, но и постоянно подтверждались. Ведь отдыхать ездят все, причем обычно посещают одни и те же места, во всяком случае — так было тогда.
И вдруг случилось неожиданное — мой «светлый ангел, забытый на земле», п
ропал, и через её подругу я узнал, что Новый год она будет встречать на модном горнолыжном курорте. Время принятия решения наступило, но действовать нужно было осторожно: во-первых, чтобы не вызвать преждевременное противостояние группировок, во-вторых, чтобы как можно корректнее нарушить запрет на нежелательный въезд в Россию.
Как назло, братья были тоже на острове, и одна из почти ежедневных бесед с Андреем коснулась этой темы, и не в самом лучшем пл
ане, а именно — девушка представляет некоторую опасность, чем я не преминул воспользоваться, пообещав всё исправить, а создавшееся положение объяснив тяжестью выбора, ведь я не мог в своём положении иметь две семьи — и одна-то была роскошью непозволительной.
Я не ошибся, выбрав подчинение Андрею: во-первых, необходимость моих действий не оспаривалась, а во-вторых, обоюдное доверие было почти полным, хотя бы потому, что я бесконечно много сделал за последний год для безопасности «братьев» и водворения
их на престол.
Первый же разговор показал, что чудо-меры могут сделать меня счастливым человеком, и я экстренно вылетел на следующий день. Прямого рейса не было, и ночь я провёл в аэропорту Франкфурта — это был очень нелёгкий марафон, с высоким нервным напряжением и психологической перенагрузкой.
