Дьяка тоже надо было убирать, но весь спектакль затевался с одной только целью…
— Повесить все преступления исключительно на нее? Дальнейшее почти понятно, если вам тяжело говорить, то не надо…
— Чего уж там… — Она грустно улыбнулась, и в ее черных глазах на миг блеснула такая безысходная тоска, что у меня едва не остановилось сердце! — На совести Настасьи много загубленных душ. Она вертела Погановым, как хотела, и ей нравилось убивать… Я очень легко всадила в нее нож. Кощей не поверил, что мне не удалось добраться до дьяка, и ночью пошел на вас сам.
Как вы спаслись — ума не приложу… От него еще не уходила ни одна жертва!
— Нам повезло, — лаконично объяснил я, — попался сумасшедший петух. На некоторых преступников кукареканье действует отрезвляюще… Олёна, я все понимаю, но тем не менее кража и убийство все равно имели место. По долгу службы я был бы обязан вас арестовать. Конечно, то, что вы пришли сами, можно попробовать оформить как явку с повинной, и тогда…
— Нет, участковый! Разве я бы просто так пошла? Умирать не хочу, а иного мне царь не отпустит…
— Ну почему же? Горох не настолько жесток, как трактуют учебники по истории.
А к молодым, оступившимся девушкам тем более лоялен. Я думаю, что мы могли бы…
— Ничего мы с тобой не могли бы, Никита Иванович. — Олёна выпустила мою руку и чуть не плача остановилась. — Да посмотри же ты на меня, дитя недогадливое! Я же не человек… я…
Она стянула с головы красную ленту и, раздвинув густые волосы, показала мне маленькие рожки. Можно подумать, меня это убило на месте… Да я даже не удивился!
— Ну и что? Я видел такие у шамаханов.
Вы из их орды? И хвостик маленький есть…
— Есть! И не маленький! — сердито притопнула Олёна, видимо, страшно довольная тем, что я не упал в обморок. — Не шамаханка я, а бесовка! С малолетства у родителей украденная и Кощею в холопки проданная. И быть мне в обличье бесовском, покуда…
— Не появится добрый молодец и не поцелует? — Я решительно сделал шаг вперед, обнимая ее за плечи.
— Быстрый какой… да если бы! — Она тихо вздохнула и прильнула ко мне на грудь.
— Покуда срок мой не выйдет, а границ его я и сама не ведаю.
— Можно у Яги спросить, вдруг она знает?
— Вот и спроси… А меня не держи пока. Поверь, сыскной воевода, я и сама к тебе прибегу, как только сумею. — Теплые девичьи губы на мгновение коснулись моей щеки. — Ты только дождись меня… А на прощанье подарочек возьми, Бабе Яге покажи, в твоем деле милицейском, очень полезная вещь будет.
![Обложка книги Афера [СИ]](/uploads/posts/images/5/afera-si.jpg)