В мой кабинет вошел Роберт Уоррен. Горделиво провел плечом и спросил.
— Весь день бездельничали?
Только его и не хватало. Как ужасно, что я не могла дать ему от ворот поворот, а лучше врезать. В Терралии между аристократами драки не приняты, что говорить о женщинах. Меня и без того недолюбливают.
— Да, ваша слава и профессионализм так велики, что я диву даюсь, как вы в проем двери пролезли, — все равно не могла не язвить. — Но сейчас, будьте добры, покиньте мой кабинет.
— Что? — разозлился пожилой целитель. — Ваш кабинет? Вы, заносчивая вертихвостка, этот госпиталь мой, как и кабинет, как и все, что находится в стенах здания.
— Он наш, — напирала я. — Здание наше. Я имею столько же прав, сколько и вы. Меня сюда вызвали, выписали, сослали...
— Мой!
Позади раздался всплеск и жалостливый стон Эви.
— Саммер, кажется, — она очень запаниковала, — все!!!
Именно сейчас я пожалела о своем упрямстве, мне так хотелось дать отпор Роберту, что забота о девушке вылетела из головы. Я кукушка.
У нее отошли воды, на полу образовалась небольшая лужица, а платье, что она носила, намокло.
— Боги, Эви, ложись скорее на кушетку. Роберт, что вы стоите, принесите воды, — засуетилась я, раздавая приказы.
Мужчина явно растерялся. Опустил руки и сам уселся на свободный стул.
— Я не понимаю, не понимаю. Эви, что с тобой?
Меня его настрой сбивал, да и раздражало, когда под боком кто-то шепчет всякую чепуху.
— Либо уходите, либо несите воду и полотенца, — повторила я свое поручение. — Что непонятного? Эви рожает.
Секретарша к тому времени уже согнулась пополам, а я прытко метнулась к ней, чтобы распустить ее корсет.
— Эви... рожает... — не унимался господин Уоррен. — Эви, ты же не замужем?
Прозвучало с таким укором, что бедная сотрудница побледнела, а потом моментально покраснела.
Я зарычала. Роберт невыносим.
— Уходите! Вы нам мешаете! — топнула ногой, придавая большей уверенности голосу.
Будь я постарше и повыше, он бы не воспринимал меня, будто я предмет мебели. С внешностью в новом мире повезло, писаная красавица, но вот впечатление, что создаю.
..
— Я? — осклабился мужчина. Видимо, он собрался с мыслями, засучил рукава. — Это вы уходите. Я работаю с этой девушкой много лет. Она не согласится, чтобы вы принимали у нее роды.
И мы, не сговариваясь, повернулись к виновнице всего произошедшего.
К чести Эви, она позабыла про робость перед начальством. Держалась за живот, отпрянула подальше от старого маразматика.
— Вы ко мне не подходите... Никогда.
