Я ценю тебя, как умелого специалиста, но мне проще заменить тебя, чем позже выписать нового мага. Так что, — он покрутил ручку двери, — обживайтесь, леди Мэдисон.
Договорив, он скрылся за дверью, но за ним торопливо выбежал этот вредный хмырь. Я не хотела подслушивать, но болтали оба довольно громко.
— Прости, сам понимаешь, я не люблю, когда в мужскую профессию лезут дамочки.
— Понимаю, но иного выхода нет. Пусть она, — и опять герцог игнорирует мое имя, — доработает положенный срок. Она уедет, а ты к этому времени самостоятельно кого-то подыщешь.
— Спасибо, Александр, это выход, — уже примирительно высказался господин Уоррен. — А как ты? Боль уходит после мази?
— Увы, но нет. Тебе спасибо, конечно, за помощь. Я почти уверился, что моя болезнь неизлечима.
И все-таки мне не показалось. Господин Бриленд чем-то болел. Натопленный камин, трость, ленивые движения. Может я могу помочь?
— Я зайду к тебе вечером, осмотрю. Мы найдем выход.
Я попятилась и повернулась к помощнику аристократа.
Тот изогнул бровь, но на мой молчаливый вопрос предпочел не размыкать губ. Понятия не имею, что он за человек, но помощник прекрасный и верный.
— Я приеду за вами, леди, к вечеру. Покажу, где вас разместили. А в госпитале поможет Эви.
— Да, я покажу, — дружелюбно закивала девушка. — А на господина Роберта не обижайтесь. Он... — она покрутила пальцем у виска, — очень устал. У него много дочерей, его жена сбежала с любовником, так что к женщинам он относится...
— Не сплетничай, Эви, — наставительно произнес Уэйд.
— А я не сплетничаю, — она возмущенно уставила руки в боки, — Леди Мэтисон об этом очень скоро узнала бы.
Намотав информацию на ус, заверила Уэйда, что ничего такого Эви мне и не сказала. Действительно, в маленьких городках все любят поболтать, выложить новичку какие-нибудь «вкусные» подробности.
С рыжеволосой девушкой мы сдружились быстро. Она признала, что ей тяжеловато работать у Роберта, характер у того похуже, чем у Его Светлости, и он слишком подвержен старым традициям.
В Брекенридже повеяло свободой для слабого пола. Теперь девицы имели право учиться наравне с юношами. Пока явление было не повсеместным, но докатилось и до Лавенхейма. Что, конечно, Уоррену не нравилось.
Эви показала мне госпиталь. Здание было небольшое, но очень ухоженное. На первом этаже велся прием. Люди сидели в холле на удобных диванах, а Эви, как секретарь, распределяла их по кабинетам, делала записи, вела карты.
