Весело было наблюдать, как я выкручиваюсь? Знал, что я не леди Гимера, и молчал? Да как ты мог развлекаться за мой счет? Ты... Да я же тебе про тебя же рассказывала. Проходимец! Мерзавец! Подлый изменщик!
— Я тебе не изменял, — он попытался ткнуть в меня указательным пальцем, но я с размаху отходила его тростью.
Рубин так и сверкал. Так и сверкал! Впитывая нашу энергию и магию, которую здесь уже никто не сдерживал. По полу стелился черный туман. Мой ветер бушевал, со всех сторон налетая на этого двуличного мерзавца.
— Значит, я должна своему жениху «да» ответить? — зарычала на него. — Ах ты, проходимец! Ты знал и развел как девчонку. Да как ты мог? Как ты посмел?!
— А что мне делать было? Твой отец сообщил, что ты обо мне и слушать не стала. А тут такой шанс! — Рауль быстро перебрался через мою постель, немного неуклюже запутавшись в розовом балдахине. Споткнулся, но устоял. — Такой шанс завоевать твое сердце! Обратить, наконец, твой взор на себя. Ты же не замечала меня. Даже не смотрела в мою сторону.
Никогда!
— Надо было конфетки чаще таскать и здесь маску снимать! — взвизгнула я.
— А ничего что я дознаватель?! И никто не знает, что твой отец работает на тайную канцелярию до сих пор. Он мой учитель!
— Чего?! — Я замерла с тростью в руках. — Лжешь!
Удары посыпались на него с новой силой.
— Бель, прекрати, несносная ты женщина! Хватит меня гонять по кругу. Знаешь же, что ответить ничем не могу.
— А терпи, женишок! — выпалила я. — Терпи, родненький.
И снова удар по его весьма подтянутому заду.
Ума не приложу, зачем ему трость, если скачет через все препятствия как молодой горный козел! Что и здесь притворялся? Кажется, пар у меня валил уже из ушей.
— Я тебе покажу, как голову дурить. Мерзавец. Изменщик!
— Я не изменял, Бель, — фыркнул он в ответ, бочком удаляясь от меня в сторону окна. — Я же дознаватель. Я обязан раскрывать заговоры. Это моя работа!
— Всяких герцогинь по лесам соблазнять твоя работа? — зашипела я в ответ. — Губами по их змеиной шкурке ерзать?
— Я проклятийник! — возмутился он.
— А я твоя несостоявшаяся невеста! Не лез бы с поцелуями к разным жабам, может, и сошлись бы характерами.
— Ты меня любишь, Бель! — теперь повысил голос и он. — Не дури, девочка, и отдай мне трость.
— Отдам, — закивала я, — вдогонку за тобой полетит!
Размахнувшись, я вдруг заметила, что он зацепился за стул. Мгновение и Рауль, скривившись от резкой боли, осел на пол. Его лицо побледнело. На лбу выступила испарина.
