И с постоянным ощущением собственной вины и испорченности. С Энн ему никогда не было легко. И он ни разу не смог почувствовать, что она только с ним, только его. А Ребекка… Почему-то с ней он ощущает себя живым. Цельным. И не пытается с собой бороться. Даже темные стороны его натуры, которые вызывали у Анны ужас, Ребекку совершенно не пугают. Да что там, она безоглядно разделяет его страсть, не смущается его желаний и в постели способна на любые, самые невозможные безумства.
Он задумался."
"Интересно, как в Ребекке уживаются эта совершенно сумасшедшая смелость и какая-то детская беззащитность? Когда он сегодня назвал ее дурой, у нее было такое лицо… Он снова потер лоб.
Дорг подери, можно подумать, он сказал что-то обидное! Пусть радуется, что прямо там не выпорол!
При мысли о соблазнительной заднице жены во рту стало сухо. Красивая задница, бесспорно. И ноги… Тоже красивые. А уж грудь!
Шарг! Выругавшись любимым словечком Ребекки, он открыл глаза и неожиданно усмехнулся. Да. Его супруга – та еще заноза.
И с ней его жизнь точно никогда не будет скучной. А Энн… Нет. Вспоминать о ней слишком больно. Забыть, не думать, не представлять, как все могло бы быть.
Посмотрев на свои руки, он медленно разжал намертво сжатые кулаки и выдохнул. Все. Хватит предаваться ненужным рассуждениям. Ни одна женщина не заслуживает того, чтобы о ней размышляли дольше пары минут.
Он поднялся с кресла, подошел к окну и отодвинул штору. Вечерняя Аратайя сверкала яркими огнями. Небо, дома, дороги – все было залито светом.
Жаль, конечно, что пришлось отказаться от попытки узнать, где находится Террос. Буря, подобная сегодняшней, теперь не скоро возникнет в Эгейской пустыне, а без нее это будет непросто. Но он что-нибудь придумает. Теперь для него достать Артани – дело чести.
Глава 10
– Ну что ты, маленький? Пей! Это козье молоко, оно очень полезное!
Голос жены звучал так нежно, что он удивленно прислушался. Ах да, как он мог забыть? Щенок. Точно. Этот мелкий привереда в последние дни занимает все свободное время Ребекки.
Арс ни на шаг не отходит от своей шаэри, ковыляя за ней по всему дому. И спит рядом с ней. И ест только из ее рук. И рычит на всех, кто подходит к Ребекке ближе чем на рон.
Да что там? Шельмец даже его попытался выжить из их общей с Ребеккой постели! Скалил зубы и кусался, как взрослый арс. А Ребекка смеялась и даже не пыталась унять этого мелкого паршивца. Доргова девчонка! Мстит ему за то, что он запретил ей покидать особняк.
– Себастиан, помоги мне.
