Именно поэтому Борис с таким нетерпением всякий раз ожидал ее возвращения, когда она отправлялась, так сказать, на разведку.
– Ну что, как?.. – набросился он на жену, едва она вошла в номер в своем линялом платьице.
– Ты ничего не ешь, – с упреком промолвила Тася, скользнув взглядом по огромной чаше с фруктами, стоящей у его изголовья.
– Тася! – простонал Борис, делая мученическое лицо.
– Ну что – снимали, снимали, – проворчала жена, проходя к его кровати и садясь в кресло.
Она отщипнула виноградинку, съела ее, выплюнула косточки в ладонь и потянулась за следующей ягодой.
Борис, пылая нетерпением, резким движением подвинул чашу ближе к жене и в итоге чуть не смахнул ее со стола.
– Боря! – с укоризной проговорила Тася.
– А погода? Не помешала? Все успели?
– Нет. В смысле, не помешала. Ой, сегодня такой скандал приключился! К Пете из Москвы приехала его бывшая девушка, Катя. Помнишь, он все говорил, что с ней разошелся.
– Помню, помню эту Катю, – буркнул Борис, хмурясь. – Пробовалась она на какую-то роль, но не прошла.
И что?
– Да то, что у нее теперь ребенок, и она с Пети алименты требует. А он ни в какую. Так она подняла крик на всю гостиницу, позорила его, обещала в суд на него подать. Петя весь красный, чуть не бежит от нее, а она за ним, нэпманы смеются…
– Да черт с ним, – перебил ее Борис, – еще один, кто любит кататься, но не любит возить саночки… Как новички на площадке? Этот, как его, Гриша Поваренко, который новый помощник Нольде, и Митя Абрикосов – вместо Щелкунова…
– Да все хорошо.
Работают, стараются. Гриша говорит, что у нас прямо рай. Он раньше на культурфильмах трудился… Эдмунд Адамович, конечно, поначалу фыркал, что Гриша все не так делает – не так журнал съемок ведет, не так цифры на дощечке пишет. Но теперь вроде утихомирился. А Степан Сергеевич уехал, ты знаешь?
– Какой Степан Сергеевич?"
"– Ну с двойной фамилией который, секретарь Гриневской. Высокий такой, молчаливый. Помнишь? – Тася сделала легкую паузу. – Знаешь, мне кажется, что между ней и секретарем что-то было.
Молчаливые люди всегда такие скрытные…
– Тася, не придумывай, – заворчал Борис, поудобнее подтягивая одеяло.
– Уверена, ее охранник доложил куда надо, и поэтому секретаря ни с того ни с сего отозвали. Кому он мешал?
– Это все домыслы Пирожкова? Ой, Тася…
– При чем тут домыслы – она два-три дня в неделю снималась, чем же она занималась в оставшееся время?
– Может, книжки читала.
– Ты ее хоть раз с книгой видел? Боря, не говори глупостей.
