– Ты посмотри, что у него при себе было! Нет, ну ты посмотри, а? Недооценил ты его! Говорил – он честный, он дурачок… Глянь, что этот честный дурачок в кармане таскал!
Бандиты столпились вокруг говорящего, таращась на сверкающее украшение, которое тот держал на весу, поворачивая в разные стороны.
Сеня Царь метнул на Опалина такой взгляд, словно столкнулся с равным себе по силе мерзавцем, и нервно дернул головой.
– Да, Ваня, – начал Царь с кривой усмешкой, – ты, конечно…
Договорить он не успел, потому что из-за противоположной стены крепости неожиданно поднялась фигура и открыла огонь.
Тах! Тах! Тах!
И еще столько же раз, и еще…
Опалин бросился на землю, прикрывая рукой голову, но стрелявший целился в совсем другую сторону и времени даром не терял. Отгремели последние выстрелы, и теперь было только слышно, как глухо ворчит земля.
– Вера Ильинична! – крикнул стрелявший.
– Я в порядке, – поспешно ответила старая дама.
– Иван Ильич?
– Все хорошо, благодарю вас.
– Ваня!
Опалин не ответил.
– Ваня, ты ранен? – встревожился шофер, подходя ближе.
– Нет, просто… черт его знает… устал.
Без особой охоты Иван поднялся на ноги.
«Выстрелит или не выстрелит?» – думал он, глядя на своего собеседника.
– Откуда оружие? – не удержался Опалин, показывая на пистолет в руке Кеши.
– Откуда? Да я везде с ним хожу.
Из всех возможных ответов шофер выбрал самый уклончивый.
Иван нахмурился.
Кеша понял, что вид пистолета нервирует Опалина, и убрал оружие.
– За мной, значит, пошел? – спросил Иван, испытующе глядя на своего собеседника.
– Угу. Я, понимаешь, стал закуривать, спички уронил… вижу – свежие следы шин. Какая-то машина недавно проезжала. Кто там кататься будет во время землетрясения? Как-то мне это подозрительно показалось. В общем, я пошел за тобой. Но ты здорово меня опередил…
– А-а, – неопределенно протянул Опалин. – Ну молодец.
Он забрал свой «браунинг», который у него отняли бандиты, и подобрал «Алмазную гору», которая лишь слегка запылилась от падения.
Вера Ильинична молча переглядывалась со своим братом.
– Где так стрелять-то научился? – наконец спросил Иван.
– Я на войне был.
– А я думал, тебя там убили, товарищ барон. – Опалин прислонился к капоту машины, чтобы держать в поле зрения и непредсказуемого «Кешу Максимова», и Веру Ильиничну, и ее брата. – Ты же Розен, верно? Александр Розен.
Его собеседник усмехнулся и почесал щеку.
– Как узнал?
– Да по портретам догадался. У тебя иногда выражение – один в один как у твоей матери.
