Может, с этого и пошел разлад, кто его знает… — И что дальше? — хмыкнул он. — Кто-то при Нинке родинки сравнивал?"
"— Нет, — рассмеялась Надежда. — Пришла тетя Юля Демьяновская по какому-то пустячному делу. Вроде деньги за газопровод принесла. Как раз в поселке газ проводили… Нина выходить не стала. Только, когда твоя мать с Ромкиной ругаться начали, все на ус намотала.
— Если так, — усмехнулся Агафонов, — у моей бывшей усы как у Семен Михалыча Буденного, — хмыкнул он и добавил поспешно: — А Дема знает?
— Понятия не имею.
Нинка тогда подслушала, что вроде твой отец еще до свадьбы к Юле захаживал. И она долгие годы из отца деньги тянула. Твоя мать ругалась и тетю Юлю проституткой обозвала. Нинка в дальнюю комнату ушла и притворилась спящей.
«Санта-Барбара, блин, — про себя ощерился Агафонов. — Но вполне возможно. Старший Демьяновский где-то на Севере вкалывал. Потом вернулся. Примерно в это же время и отец с матерью поженились… Да кто теперь что разберет? Интересно, а анализ ДНК делали?»
— Мне Нина ничего не сказала, — поморщился Агафонов.
— Да и какая разница. Мы с Демой дружили крепко. Наверное, отец этому способствовал… Спасибо, Надь, — пробурчал Агафонов и, проходя мимо, поцеловал Надежду в макушку. Навис сверху. — Я бы тебя не уволил, — прошептал довольно. — Так… на испуг брал.
— Я знаю, — проворчала она. — Просто, если правда вылезет наружу, скажу, что ты меня шантажировал. Угрожал расправой…
— Ага, — фыркнул Агафонов. — Иголки под ногти не забудь. Кстати, ты приглашаешься на свадьбу, Надежда Сергеевна.
Бери Костика и дуй на следующие выходные в Сочи. У тебя голос зычный, будешь «Горько!» кричать.
— Ой, Мишенька, — всплеснула руками Надежда. — Я ж не смогу, — запричитала она. — Мне и надеть нечего. На танки сейчас чехлы не шьют…
— Я тебе премию выпишу, Надежда, — заверил он и, увидев, что Ева опять вышла из кабинета, пригрозил: — На свадьбу не приедешь, точно уволю.
— Тиран, — прошипела главный бухгалтер. — Как с тобой, оглоедом, такая добрая и нежная девочка жить собирается?
Михаил не стал ничего отвечать.
«Что сказать? Приложу все усилия, но сделаю Еву счастливой? А если и говорить, то точно не Наде», — мысленно усмехнулся он и, зайдя к себе в кабинет, осмотрелся по сторонам. Увидел лежащие в упаковках тесты и разочарованно протянул:
— Я думал, ты меня сейчас обрадуешь…
— Дома, — махнула ручкой Ева, и Агафонов заметил у нее на пальце помолвочное кольцо.
— Тогда едем, — скомандовал он. — Я хочу точно знать. Уже сегодня.
