Согласно договорённости, рядовому Патрикееву выделили уголок с настольной лампой в каптёрке отделения, а дембель Василий снабдил самородка карандашами, кисточкой, латексной краской и лаком. И потянулись томными вечерами к новому художнику госпиталя истинные ценители прекрасного с дембельскими чемоданами в руках.
Информация о новом художественном таланте дошла и до замполитов госпиталя. Пациента лёгкого психиатрического отделения (были ещё и тяжёлые больные) решили переключить с неквалифицированного труда носильщика на более прогрессивный и нужный госпиталю — покраску стен.
Но Патя, как человек творческий, имел очень узкую специализацию, он мог рисовать только самолёты. После осмотра сюрреалистических работ новоиспечённого маляра на стенах палаты замполиты приняли твёрдое решение свернуть малярные работы этого мастера и вернуть пациента старшинам отделений.
Мы не знаем цены Патиных творений за вычетом доли фельдшеров отделения и Василия, но на походы в солдатскую чайную госпиталя рядовому вполне хватало.
Даже хватило на свой личный дембельский чемодан и альбом. Практически все эти полгода Кузьма протаскал строительные материалы и рисовал самолёты старослужащим госпиталя. Поэтому обследовать и комиссовать рядового Патрикеева до осенней проверки никто в воинской медицинской части не торопился. Нужным человеком и в нужном месте в очередной раз после американского посольства оказался Кузьма Фёдорович...
Как уже было сказано, гвардии рядовой Патрикеев тяготел к прекрасному полу.
И если в голове парня чего-то вроде бы как не хватало, то с остальным делом у солдата всё было в порядке. Патя имел очень даже правильно ориентированный организм и развитый инстинкт продолжения рода своего. Кузьма был воспитан в деревенских традициях, поэтому чтил народные манеры и начал ухаживать за несколькими медсёстрами одновременно. Благо они постоянно менялись согласно графику дежурств.
Юный разведчик, как настоящий рыцарь плаща и кинжала, первым делом привёл в порядок свой внешний вид: подстригся в настоящей парикмахерской госпиталя за три марки, состриг ногти, стал бриться дважды в день и купил себе в солдатском магазине одеколон «Тет-а-тет», а не какой-нибудь там «Шипр» или «Тройной одеколон».
Срок службы рядового Патрикеева подходил к логическому году и солдат решил соответствовать своему будущему рангу «Черпак Советской Армии». Старания пехотинца не прошли даром.
