Честное слово. И я готов ответить за свою драку с немцами на вокзале. Там, на самом деле, был я, — Тимур замолчал, ещё раз обвёл всех взглядом. Молодой человек только сейчас почувствовал невероятную усталость после всех событий за последние три дня. Прапорщик вздохнул, собрался с мыслями и продолжил: — Эта история не закончилась на той драке… Я присяду… Ноги не держат..."
"Кантемиров устало опустился на диван. Остальные так и остались стоять и выжидающе смотрели на парня. Через пару секунд Даша вдруг подошла, села рядом и положила ладонь на колено гостя.
Мама с папой удивлённо переглянулись. Тимур благодарно улыбнулся девушке, положил свою ладонь сверху и сказал:
— Михаил Петрович, история продолжилась, и я вписался в эту бодягу только из-за вашей дочери.
Здесь прапорщик, конечно, немного слукавил. Кантемиров и без Даши не оставил бы пацанов одних против немецких хулиганов. Дочь генерала ничего не понимала и переводила взгляд с отца на парня. Тимур посмотрел на главного особиста Первой танковой армии и сказал:
— И потом в этой истории появился ваш сын.
Нормальный парень, не ссыкун. Стоял, как штык.
— Где стоял? — профессионально спросил контрразведчик и с улыбкой присел с другой стороны. Вот такой вот «добрый следователь». Прапорщик усмехнулся:
— Товарищ полковник, если я отвечу на ваш вопрос, то так и останусь для Эдика стукачом.
— Всё, прапорщик, — командарм всё же решил проявить свой генеральский гнев. — Считай, что десять суток гауптвахты тебе обеспечены.
Сейчас вызову конвой.
— Костюм жалко, только сегодня купил, — вздохнул Тимур, поднялся, подошёл к своему пакету, вытащил две литровые банки заморского пива и со стуком поставил обе на стол. — Ваш приз, товарищ генерал-лейтенант.
Если бы сейчас начальник войскового стрельбища Помсен поставил бы с таким же стуком на этот же стол пару ручных наступательных гранат РГД-5 — эффекта было бы намного меньше. В те былинные годы жестяная банка пива была такой же редкостью, как и японские часы «Сейко» на руке Тимура.
Потапов с Полянским подошли к столу и начали разглядывать капиталистические диковины. Хозяин дома задумчиво произнёс:
— Кантемиров, я даже спрашивать не буду, откуда у тебя эти банки. Иначе, мне ещё придётся суток пять тебе добавить…
Прапорщик печально улыбнулся и подошёл к генеральской дочери:
— Дарья Михайловна, вы уж извините, что так получилось. Боюсь, не сходить нам сегодня, да и вообще, в ночной бар. С днём рождения, Даша.
