Эти несвоевременные мысли сбивали рабочий настрой, и он злился на себя все сильнее, потому что точно знал: если с пожилой родственницей Машковских что-то случится, они обе, и мать, и дочь, никогда ему этого не простят.
– Мы не правы, – наконец сказала Снежана, и Зимину захотелось втянуть голову в плечи. Вот оно, началось! – Мы не правы, исходя из того, что не знаем, куда этот самый Артемий увез тетю. На самом деле все наоборот, это она его увезла!
Зимин смотрел на нее во все глаза, решив, что она заговаривается с горя.
– Миша, ну, посуди сам! – горячо воскликнула Снежана. – Артемий охотится за картой. Сначала я сказала, что коробка со сколками у нас на даче, и он взломал ее, но ничего там не обнаружил. Потом я добровольно принесла коробку со сколками в ателье. При первом, поверхностном осмотре мать и сын ничего подходящего не обнаружили, но потом решили, что просто смотрели невнимательно, поэтому с помощью Гали украли коробку, чтобы изучить ее хорошенько еще раз. Потом Галя подслушала мой разговор с Лидой, когда я сказала, что тетя выбрала один из сколков себе в подарок.
Злоумышленник, впрочем, так же, как и я, был уверен, что карта в гостинице, и явился туда. Но тетя оставила сколок у нас дома, решив забрать его в другой раз. Правильно?
– Ну, да, – осторожно сказал Зимин, не очень понимая, зачем она повторяет то, что и так всем известно.
– Миша-а-а-а, тетя Тата очень умная женщина! И сильная. Когда она вернулась в номер с завтрака и обнаружила там преступника, то не впала в панику, понимаешь? Он ждал ее, чтобы узнать, где сколок, и тетя наверняка сообразила, что сказать.
Она ни за что не призналась бы, что оставила карту у нас в доме. Во-первых, чтобы не подвергать нас опасности. Во-вторых, она не могла не понимать: как только раскроет местонахождение карты, станет не нужна, и преступник ее убьет, как Дарью Степановну. Ее единственный шанс на спасение – сказать ему, что она оставила карту в совсем другом месте, просто тянуть время, пока он это проверяет, и ждать, что мы поднимем тревогу, начнем ее искать и догадаемся, где она.
"
"– Но мы же не догадались, – сказал Зимин, чувствуя себя тупым. – Или ты хочешь сказать, что знаешь, где твоя тетя?
– Вы тоже знаете. – Глаза у Снежаны сияли. – Она могла увезти его в единственное место в этом городе, которое знает, кроме нашей квартиры.
Нет, он совершенно точно тупой! Зимин смотрел непонимающе, кляня себя за то, что никак не может догадаться.
