Из Новосибирска в Мизулу я летела через Москву, Амстердам и Сиэтл. Четыре рейса. Пять разных аэропортов. Много беготни. Это выматывало. Тем не менее когда в Сиэтле я вручала свой паспорт, чтобы меня пропустили в США, то почувствовала прилив эмоций – радость и облегчение.
Я почему-то думала, что Эйб полетит со мной и сдаст меня с рук на руки тому, кто его нанял.
– Ты действительно намерена вернуться? – спросил он меня в аэропорту. – В школу? Не собираешься удрать на одной из остановок и снова исчезнуть?
Я улыбнулась.
– Нет. Я возвращаюсь в Академию.
– И останешься там? – давил он.
Он не выглядел таким опасным, как в Бийске, но глаза по-прежнему смотрели жестко.
Моя улыбка увяла.
– Откуда мне знать, как пойдут дела? Я ведь бросила школу.
– Роза…
Я вскинула руку, останавливая его и удивляясь собственной решимости.
– Хватит. Ты сказал, тебя наняли, чтобы доставить меня обратно, и не твое дело, что я буду делать потом.
По крайней мере, я на это надеялась.
В Академии были люди, которые жаждали моего возвращения. Скоро я окажусь там. Они победили. Услуги Эйба больше не требовались.
Тем не менее, расставаясь со мной, он почему-то не выглядел счастливым. Глядя на взлетающий самолет, он вздохнул.
– Тебе пора идти, иначе опоздаешь на свой рейс.
– Спасибо тебе за… – За что? За помощь? – За все.
Я повернулась, но он коснулся моего плеча.
– Другой одежды у тебя с собой нет?
Мои тряпки были разбросаны по всей России.
У одной девушки-алхимика оказались подходящие туфли, джинсы и свитер, а все остальное я собиралась приобрести в США.
– Мне больше ничего не нужно.
Эйб дугой выгнул бровь, посмотрел на одного из своих стражей и сделал еле заметный жест в мою сторону. Тот моментально снял куртку и протянул ее мне. Парень был тощий, но она все равно была велика.
– Нет, не нужно…
– Возьми ее, – приказал Эйб."
"Я взяла ее, и потом, к полному моему потрясению, Эйб начал сматывать со своей шеи шарф, один из самых шикарных: кашемировый, сотканный из множества нитей ярких оттенков – более уместный где-нибудь на Карибах, чем здесь или в Монтане.
Я запротестовала, но выражение его лица заставило меня смолкнуть. Я накинула шарф на шею и поблагодарила его, задаваясь вопросом, доведется ли нам когда-нибудь встретиться снова. Однако спрашивать об этом не стала, испытывая отчетливое ощущение, что он мне ничего не скажет.
