Не хотел, чтобы ты пропустил ни мгновения. — Мне почти стало плохо, когда он начал реветь, как ребенок. Это так жалко. Схватив его за подбородок, я поднял голову Томаса, так что ему пришлось посмотреть на меня. — Хочу, чтобы ты знал: я буду дрочить под твои крики. Под звуки твоего ужаса и боли, с которыми будет уходить твоя жизнь. Каждый твой вздох я проглочу, наслаждаясь ими, как последним ужином. Спасибо тебе. Это будет великолепно.
— Ты сумасшедший, — крикнул Томас.
— Нет, это бы значило, что я не осознаю, что делаю.
Но я осознаю. И, черт возьми, как же прекрасно — быть мной, я схватил его за раненый бок, мои пальцы заскользили по ранам, цепляясь за ребра. Томас снова завопил, изо всех сил дергая цепи. — Щекотно?
Я усмехнулся.
— Пошел ты!
Мой таймер сработал, и я застонал, подойдя к телефону. Черт, уже половина второго. Если бы не Алора, я бы остался здесь до завтрашнего вечера и мучил своего маленького червячка. Но мне нужно узнать, вернулась ли она в приют для бездомных или все еще находилась в участке.
Открыв контейнер с дезинфицирующим раствором, я опустил в него свою любимую игрушку и вздохнул — не скоро мне удастся снова поиграть с цепью.
— К сожалению, Томас, мне нужно идти, так что придётся ускориться, — произнес я.
Томас засмеялся, и я приподнял бровь.
— Ты не заставил меня молить о смерти. — усмехнулся он.
Я улыбнулся в ответ.
— Знаешь, иногда лучше держать рот на замке. Это как раз такой случай, сказал я, вытирая руки и закрывая контейнер.
— Я мог бы перерезать тебе горло и подарить быструю смерть, но ты доказал, что ничего не понял, — солгал я.
Его ухмылка исчезла.
Размяв шею, я подошел к Томасу.
— Пошел ты! Давай! Сделай это! Ударь меня! — он пытался выглядеть смелым, но я лишь покачал головой, доставая из кармана толстые стяжки.
— Что ты делаешь? Отойди от меня. — Томас попытался сопротивляться, но он был слишком слаб. Я легко связал его ноги. — Что ты делаешь? Скажи мне!
Насвистывая, я подошел к рычагу подъемника и поднял Томаса так, чтобы его колени оказались на уровне моих глаз, прежде чем разблокировать тормоз.
Схватив лезвие, я зажал его зубами и толкнул Томаса по всей длине пути, пока он не оказался над ярко-желтым промышленным измельчителем древесины, стоявшим в конце причала лодочного сарая.
— Что это за хрень? — завопил Томас.
Покрутив в руке нож, я похлопал по машине, которая обошлась мне в целое состояние.
