Зарецкий лишь одарил меня весьма выразительным взглядом.
Едва мы подошли к подъезду, как хлынул холодный ливень. В темно-синем, с каким-то зеленоватым отливом небе засверкали тонкие нити молний. Гром загремел так, что казалось, будто тучи сталкиваются прямо над нашими головами.
Нормальные люди попытались бы поскорее спрятаться от дождя и ветра в подъезде, однако мы с Ярославом, не сговариваясь, остановились. Я без страха смотрела на молнии, разрывающие темные грозовые облака напополам, – их отлично было видно из-под козырька подъезда.
Грозы я любила – в них чувствовалась незримая мощь, которая всегда меня завораживала. Они не пугали меня, как Алену, которая безумно боялась грома и молний, и не оставляли равнодушной, как Ранджи, которая, если нужно было, могла идти по улице даже в самый сильный дождь, не думая об укрытии. Они околдовывали и, кажется, даже придавали сил.
Ярослав тоже не боялся и не сторонился грозы. Он с немым восхищением смотрел на небо, пытаясь поймать молнию на объектив своего телефона.
Ветер кружил вокруг нас, завывая и хлеща по лицам, вода обрушивалась с почерневшего неба серой стеной, превращая дороги в реки, гром разрывался снарядами, заставляя срабатывать сигнализации на машинах во дворе, а молнии одна за другой озаряли тучи желтоватым ярким светом.
– Ничего себе, – восхищенно проговорил Ярослав, не отрывая взгляд от туч. Ему удалось заснять парочку молний, и на фотографиях это выглядело эффектно.
– Любишь грозы? – спросила я, полной грудью вдыхая свежий, пропахший дождем воздух.
– Люблю, – признался он. – Я вообще люблю природу.
А я вдруг подумала, что мы не такие уж и непохожие.
В подъезде нам все-таки пришлось укрыться – вода, которой становилось все больше и больше, подобралась к нашим ногам. Конец грозы мы наблюдали уже из окна подъезда. И ко мне домой пришли умиротворенные увиденным."
"– Мы с Тамарой ходим парой? – выглянул из кухни Дан, который, как любой другой нормальный человек, любовался грозой из дома, сидя на подоконнике и попивая горячее какао, чей аромат разносился по всей квартире.
Он явно не ожидал вновь увидеть Зарецкого, то есть меня.
– Мы не ходим парой, мы и есть – пара, – устало ответил Ярослав.
– И как, больше не расставались? – насмешливо спросил Дан.
– Нет, – отрезал Зарецкий и добавил, глядя на меня: —Куда я денусь от моего котеночка? Ну-ка, помурлыкай для меня, милаш.
Вот же скотина.
– Мур-мур, – послушно ответила я. – А теперь ты для меня, кошечка.
