– И в итоге посадят мое тело, – возмутилась я, но Зарецкий не то что взгляд не подарил, и бровью не повел!
– Поаккуратнее с клятвами, мальчик, – произнесла Джульетта так же негромко, и внезапный порыв ветра взметнул ее чудесные волосы и мазнул по нашим лицам невидимыми воздушными когтями.
– Раз ты знаешь, что я – мальчик, говори, – потребовал Зарецкий. Выглядел он так воинственно, что можно было подумать, что собирается на битву.
– Для начала отпусти руку, – посоветовала Джульетта.
– Отпусти ее, – поддакнула я, понимая шестым чувством, что ведьму лучше не злить.
И Яр нехотя подчинился. Однако взгляд его все так же был холоден и исполнен злого презрения и жажды расправы, а губы сжались в тонкую полоску.
Боже, неужели я тоже выгляжу так, когда злюсь?
Стало не по себе. Чем-то мое лицо вдруг напомнило мне Тимофея.
– Говори, – сказал Ярослав и повторил: – Зачем ты сделала это с нами?
– Я была всего лишь проводником, – все так же загадочно ответила Джульетта. – Меня попросили передать через сон кое-что важное.
Через что?!
Она не ответила. Лишь взяла мою руку в свою и нежно провела пальцами по тыльной стороне ладони. На солнце блеснуло простое серебряное кольцо Ярослава. Правда, как тотчас выяснилось, оно ему не принадлежало.
– Откуда кольцо? – удивленно спросил Зарецкий.
– Не только у тебя одного, – отозвалась Джульетта. Я тотчас бросила взгляд на свои руки и едва не вскрикнула от удивления – на безымянном пальце правой руки тоже сияло под солнечным светом кольцо, абсолютно такое же.
– Это не мое, – хрипло произнесла я.
– И не мое, – испуганно отозвался Яр.
До нас вдруг дошло, что телами мы поменялись благодаря этим самым кольцам, которые не замечали с самого утра.
– Надо обменяться ими, – сказала я, подумав, что это единственное правильное решение. Зарецкий кивнул головой, заставив волосы вновь рассыпаться по плечам.
Мы одновременно попытались стянуть серебряные украшения, но они не поддавались. Ни у него, ни у меня. Сидели как влитые и не сдвигались ни на миллиметр.
Максимум, что с ними можно было сделать – повернуть.
Мною овладело отчаяние, когда я поняла, что избавиться от кольца смогу лишь, если лишусь пальца. Зарецкого, видимо, тоже посетили эти мысли, но он так старательно дергал палец, что тот покраснел.
– Зря стараетесь, – со вздохом произнесла Джульетта, наблюдая за нашими стараниями. – Они не снимутся. Да и ни к чему вам пытаться их снять. Если снимете – обратно уже не вернетесь.
Наши руки замерли.
