Думаю, нашему опекуну не помешает пройти через это испытание.
Дарси усмехнулся в ответ. Следующий вопрос Сары заставил его призадуматься сильнее.
— Как скоро, по-твоему, можно организовать свадьбу?
Несколько минут ушло на взвешивание всевозможных за и против, после чего Дарси несмело, так как был не уверен в ее реакции, ответил:
— Теоретически, это можно сделать завтра.
— В самом деле? Тогда давай так и поступим, — игриво усмехнулась его невеста.
Дарси усмехнулся в ответ. В утренней гостиной они задержались еще на полчаса.
При виде входящего в малую гостиную Хьюго Денби Арабелла прежде всего подумала о том, как он, должно быть, рассержен ее обманом. Всецело сосредоточившись на Хьюго, она не заметила ни того, что Сара с Дарси покинули комнату, ни того, что Мартин вывел Лиззи в сад через французские окна. Опомнилась она, лишь поняв, что осталась с ним наедине.
— Мария Павловская, полагаю? — произнес он ровным голосом, но Арабеллу это ни на секунду не обмануло.
Приблизившись, Хьюго встал прямо перед ней.
Рядом с его высокой фигурой Арабелла вдруг показалась себе совсем крошечной.
Ей отчаянно захотелось броситься ему на грудь, умоляя о прошении, но тут она вспомнила, как он реагировал на Марию Павловску, и, вздернув подбородок, посмотрела ему прямо в глаза:
— Очень рада, что моя маленькая шарада развлекла вас.
Хотя Хьюго первым начал разговор, он вдруг понял, что ему решительно нечего сказать. Он вообще не намеревался заговаривать о Марии Павловске, по крайней мере до тех пор, пока Арабелла не согласится стать его женой.
Но сейчас, видя ее стоящей перед ним и зная, что она догадалась о его страсти к Марии, он на некоторое время потерял голову. Однако теперь явно было не самое подходящее время для словесных перепалок с женщиной, которая ничуть не уступала ему в остроумии. Поэтому, глядя на нее сверху вниз, он лениво улыбнулся и поспешил перевести разговор на другую тему, чтобы она не сумела оказать ему сопротивление.
— Напыщенная глупышка, — нараспев произнес он, обнимая ее и прижимаясь губами к ее губам.
Этим неожиданным маневром он лишил Арабеллу возможности запротестовать, а поняв, что происходит, она и сама сделалась чрезвычайно податливой. Обняв Хьюго за шею, она страстно ответила на его поцелуй, так что ему с трудом удавалось держать себя в руках.
Не будучи таким закоренелым распутником, как Макс или Дарси, Хьюго сумел отыскать в себе толику добродетели, достаточной, чтобы отстраниться и сесть в большое кресло.
