Микки уставилась на меня своими большими зелеными глазами, когда я проходил мимо, и я до боли стиснул челюсть. Ее взгляд был холоднее льда, на котором я катался.
И, черт возьми, я его заслуживал.
Первый этаж домашней арены был отведен под восстановительную зону: баня, паровая баня, бассейн, массажный кабинет… Я решил устроить себе полный фарш. Мне понадобилось полтора часа на то, чтобы привести свое тело и мысли в порядок.
Поднимаясь на второй этаж за спортивной сумкой, я услышал знакомый смех, доносящийся со стороны тренировочного льда.
Зная, что охренительно пожалею об этом, я свернул на хоккейную площадку и застыл в дверях, как вкопанный.
Вайдман и Микки находились на льду одни. Он держал ее за руки и, откатываясь назад, вел за собой. Ее ноги постоянно разъезжались, и она звонко смеялась с собственной неуклюжести. Звук ее смеха напоминал игру кельтской арфы. Приятная и чистая мелодия. Мягкая, как бархатная поверхность.
– Не сгибай лодыжки, милая, – послышался голос Бэмби.
– Я пытаюсь, – продолжала смеяться Микки.
Она резко выпрямилась, и ее нога выскользнула вперед. Лиам успел обхватить ее за талию, откидываясь на спину так, чтобы Микки приземлилась не назад, а прямо на него. Они снова громко рассмеялись, а я почувствовал, как мне вонзили нож в живот и несколько раз провернули рукоять.
Я не имел права даже думать о том, что на его месте должен был быть я.
Но я, блять, думал только об этом.
В моменты чистого безумия я даже представлял себе наши отношения. Вернее, какими они могли бы быть.
Засыпать с Микки в одной постели, не беспокоясь о том, что однажды ночью она прокрадется в мою спальню и придушит меня во сне. Легально целовать ее, а не красть поцелуи, как гребаный вор…
Еще вчера я посмеивался над парнями из команды, которые заводят серьезные отношения. Мне казалось это огромной глупостью. Ведь хоккей –очень ревнивый вид спорта. Но сейчас что-то менялось в моей черепной коробке.
И это пугало до чертиков.
С другими девушками я всегда держал ситуацию под контролем. Мы просто знакомились, трахались и двигались дальше.
В разных направлениях. Это всех устраивало и не создавало проблем.
Но Микки…
Ее присутствие в моей жизни не обременяло. Наоборот, оно казалось охренительно правильным.
Но что, если это всего лишь временное помешательство?
– Похоже, наш олененок впервые влюбился, – услышал я голос Эша за спиной.
– Ты ему веришь?
Вегас поравнялся со мной и пожал плечами.
– Почему нет? Микки классная.
– Он ей не подходит, – отрезал я.
