– Ворчун или Весельчак?
Я перевернула одну из висящих на трубе медалей и кивнула.
– Так я думала, Его Мудачество Дэйв Каллахан.
– Вообще-то они оба хоккеисты, – раздалось за моей спиной.
Я вздрогнула и схватилась за сердце, проверяя, не выскочило ли оно из груди от испуга. Миссис Робинс вкатила в спальню тележку со стопкой чистого постельного белья и моющими средствами.
– Эш тоже хоккеист? – изумленно спросила я.
Женщина кивнула.
– «Чикагские Орланы», – с гордостью ответила она.
Кажется, я где-то уже слышала это название…
– Сегодня играют с Бостоном.
Советую вам, мисс Сантана, быть поласковее с этими ребятами. Сейчас разгар сезона, парни выкладываются на полную, не жалея себя. В этот период для них крайне важен режим, здоровое питание и полноценный сон.
Здоровое питание.
Черт, и что это вообще такое?
Глава 5
В третьем периоде игры против Бостонских Пчел мы, наконец, набрали нужную скорость, сравняли счет и довели игру до серии буллитов7, где бостонцы нас поимели. Во время передачи шайбы Вайдмана грубо атаковали со спины, отправив лицом прямо в заградительное стекло.
Кажется, ничего серьезного, но его все равно отвезли в больницу. Ублюдочному судье показалось, что нарушения не было. Тогда наш тафгай8 – Эш, принялся самостоятельно вершить правосудие, и лайнсмен9 быстро усадил его задницу на скамью штрафников.
– Бэмби прислал СМС-ку. С ним все в порядке, – сообщил Эш, когда мы покинули стоянку домашней арены на моей машине.
– Зато тебе грозит дисквалификация.
– Подумаешь, пропущу одну-две игры, плевать.
Отдохну как следует, слетаю к родителям в Джэксонвилл.
Равнодушный тон Эша разозлил меня.
– Тебе реально плевать?
– Чувак, ты же знаешь, я люблю хоккей только когда выхожу на лед, смотрю матч по телеку или проверяю свой банковский счет. В остальное время я хоккей ненавижу.
– Ты лжешь.
– Может быть, – усмехнулся Эш, ковыряясь в мобильном телефоне.
Конечно, он лгал. Мы с Вегасом познакомились на первом курсе университета Денвера, где вместе играли в юниорской лиге, и Эш уже тогда был неизлечимо болен хоккеем так же, как и я.
Только он умеет скрывать свои негативные эмоции после дерьмовой игры, а я уже превысил лимит скорости и готов оторвать руль.
Хоккей – моя жизнь. Как только я впервые врезался коньками в лед, хоккей стал моим наркотиком, и я по-настоящему кайфовал, когда удавалось увеличить дозу.
Это крутой вид спорта. Жестокий, но крутой.
С десяти лет я засыпал и просыпался с мыслями о нем.
