– Адвентисты утверждают, что длительные прогулки пешком способствуют долголетию, – усмехнулся Каллахан.
– Я католик!
– Твои проблемы.
– Можно в-воды? – Скотт накрылся пледом с головой. – А лучше горячего ч-чаю или, может, чего покрепче… Х-холодно.
– Тебе здесь не ресторан. Извиняйся перед Микки и проваливай.
– Дэйв! – воскликнула я. – Он мог умереть! На улице мороз, кругом лес, дорога заснежена, и вообще…
Каллахан закатил глаза.
– Не драматизируй.
Скотт снова заворочался на диване, что-то бормоча себе поднос, а затем подтянул к себе ноги.
– Ты что, бессмертный? – рявкнул Дэйв, подаваясь вперед. – А ну убери свои грязные ласты с моего кожаного дивана! Ты даже на гребаные болты в нем за всю свою никчемную жизнь не заработал!
О'Брайан испуганно покосился на него и опустил вниз дрожащие ноги.
– Дэйв, можно я налью ему немного виски? – тяжело вздохнула я. – Он весь дрожит, и я не понимаю, что с этим делать.
– Ты думаешь, я позволю тебе поить это недоразумение моим элитным шотландским виски?
– П-простите…
– Ну наконец-то из твоей пасти вырываются правильные слова.
Продолжай, чучело, – подбодрил его Дэйв. – И если ты все грамотно сформулируешь, то я налью тебе стаканчик горячей воды.
Я послала Каллахану очередной осуждающий взгляд и покачала головой.
– М-Микки, прости меня, – голубые глаза Скотта были полуопущены, губы дрожали, казалось, что каждое слово дается ему с большим трудом. – З-за это интервью. Просто они п-предложили хорошие деньги, и меня п-понесло.
Я оч-чень сожалею. П-прости меня. Ну, и за… т-ты знаешь.
Мои брови взмыли вверх от удивления.
Извинения.
Лишь услышав эти слова, я поняла, как сильно в них нуждалась. Конечно, я смогу его простить. Однажды. Но моя память не позволит мне ничего забыть.
Сердце больно сжалось, и я почувствовала, как слезы подбираются к глазам.
Нет, только не это.
Никаких слез.
Только не перед этим предателем.
Я вздрогнула от неожиданности, когда на мои плечи легли крепкие руки Дэйва. Он чуть сжал их, будто говоря: «Я рядом», и пожалуй, впервые в жизни я почувствовала себя полностью защищенной.
– Отвези его домой, – тихо попросила я.
– Сам доберется.
– Ради бога, Дэйв!
– Я вызову ему такси, – ответил Дэйв, разворачивая меня к себе, и, заметив мой умоляющий взгляд, нехотя добавил: – и оплачу его.
– Спасибо, – произнесла я одними губами.
Пока мы ждали приезда такси, я сделала Скотту горячий чай и выпросила для него у Дэйва одну из его старых курток.
