– Привет, – холодно бросила я, сбрасывая с плеча рюкзак.
– Как дела? – поинтересовалась Эмбер, внимательно рассматривая меня.
Этот вопрос был ловушкой. Я знала это. Ей уже наверняка не терпелось узнать, сколько у меня с собой налички, чтобы выжать меня досуха.
Воспоминание последней нашей с ней встречи пронеслось в голове болезненными вспышками. Я поморщилась и схватилась за меню, чтобы хоть чем-то занять руки, которые до ужаса хотелось сомкнуть на ее тонкой смуглой шее.
– Готовы сделать заказ? – спросила подошедшая к столику официантка.
Эмбер пробежалась глазами по меню и хитро прищурилась, поднимая на меня взгляд.
– Ты платишь.
Я закатила глаза.
– Как и всегда, – ответила я, поворачиваясь к официантке. – Мне кофе и два сливочных круассана.
– А мне луковый суп, утку в апельсиновом соусе, Яйца Бенедикт, булочку с лобстером, пару шоколадных эклеров, стакан апельсинового сока и еще вот этот труднопроизносимый десерт, – она ткнула пальцем в меню.
– Надеюсь, тебя разорвет.
– Что ты сказала?
– Я сказала, что собираюсь продать свою часть дома.
В рюкзаке заиграл телефон, я вытащила его и посмотрела на экран. Сообщение от Дэйва: «Все ок?». Я прикусила нижнюю губу, чтобы не улыбнуться, и набрала короткий ответ в виде его любимого канадского словечка: «Аха».
– Микаэла, – раздался удивленный голос Эмбер. – Ты в своем гребаном уме?
Микаэла.
Она любила обращаться ко мне именно так, потому что прекрасно знала, как я ненавижу свое полное имя.
Однажды в детстве я призналась ей по секрету, что меня раздражает белый цвет, тогда она собрала в кучу всю мою одежду, свалила ее в ванную и залила отбеливателем.
После этого родители на полгода лишили ее карманных денег, и это было самое тяжелое для меня время. Она подмешивала в мой шампунь крем для депиляции, обмазывала клеем обувные стельки, писала баллончиком на асфальте перед школой всякие гадости, в духе: «Микки Сантана – Шлюха»… Фантазия Эмбер была убогой, но, несмотря на это, ей каждый раз удавалось доводить меня до ручки.
– Мне нужны деньги.
Эмбер бросила короткий взгляд на мой новенький айфон, который лежал на столе, и задумчиво посмотрела в окно.
– Брендовые тряпки, навороченные телефоны и поездки в кафе на крутых внедорожниках… – заметив мою вскинутую бровь, она усмехнулась. – Что уставилась, сестренка? Думаешь, я не видела в окно тачку, из которой ты вывалилась?
– Это не твое дело, – прорычала я как можно тише, пока официантка расставляла блюда на нашем столе.
