Лиза резко развернулась и, встретившись с испепеляющим взглядом Алекса, спрятала флакон за спину. Тело затрясло от страха, она даже предположить не могла, что он с ней сделает. Надо было что-то сказать, как-то оправдаться, но слова, как назло, не складывались в предложения.
Алекс тем временем подходил все ближе, и вид у него был очень грозный.
– Что это? – Он резко схватил ее за руку, вытащил вперед и, отняв лекарство, прочитал название, но ничего не понял. – Лиз? – властно взял за подбородок и повернул к себе, вынуждая смотреть в глаза.
– Слабительное… – обреченно выдохнула она и крепко зажмурилась, ожидая удара, но его не последовало. Осторожно приоткрыв глаза, Лиза с опаской посмотрела на Алекса, но понять, какие эмоции он испытывает, не смогла.
– Зачем? – недоумевал он. Ее поступок не укладывался в голове. Бросив бокал в раковину, взял другой и вновь налил себе виски.
– Зачем? – возмутилась Лиза, вспыхнув мгновенно, словно спичка. – А как я могу еще себя защитить?
– Почему тогда не яд? – Алекс невольно усмехнулся, внимательно рассматривал янтарную жидкость, затем сделал большой глоток и поставил бокал на стойку.
Как ни мечтал выпить и расслабиться, ничего не получалось. Алкоголь отказывался действовать по непонятной причине. Сколько бы он ни пил, голова оставалась трезвой и ясной, как никогда.
– Я что, похожа на убийцу?
– А я что похож на того, от кого нужно защищаться?
Она неопределенно передернула плечами и нехотя ответила:
– Я уже не знаю, от кого и чем защищаться…
Поддавшись порыву, Лиза отпила виски из его бокала.
Этот напиток понравился ей больше, чем водка, такой же крепкий и обжигающий, но без противного привкуса спирта. Сделав еще один жадный глоток, вернула бокал на место. Живительное тепло медленно растекалось по желудку и обманчиво сладким туманом сгущалось в сознании. Лиза понимала, что надо остановиться, но уже не могла. С каждым глотком реальность все больше искажалась, заманивая в сети покоя и безмятежности, приближая к заветной грани, за которой уже все равно…
Алекс молча наблюдал за ней.
Их разделяла широкая поверхность барной стойки, но даже на таком расстоянии он чувствовал малейшие колебания в ее настроении. Горящие глаза и плотно сжатые губы не предвещали ничего хорошего. И почему он, собственно, подумал, что этот вечер может пройти спокойно? Тяжело вздохнув, подошел к Лизе и заглянул в глаза. Пришло время прояснить некоторые детали, и тогда, возможно, они смогут тихо и мирно дожить до утра.
