Сладостная дрожь прошла по телу Лизы, она шумно выдохнула, но не смогла отвести глаза, какая-то непостижимая магия удерживала ее взгляд, вынуждая неотрывно смотреть в черную дыру зрачков Алекса и тонуть в ней. Время остановилось, а пространство сузилось, все, кроме него, отошло на второй план. Давно забытое наслаждение от близости с мужчиной накрыло с головой, он наполнял ее до краев, заставляя забывать обо всем, растворяться в своих эмоциях без остатка."
"Лиза сжимала кулаки от бессилия; нестерпимо хотелось, чтобы Алекс неистово ласкал и целовал ее тело, но он больше не касался ее.
Сама же Лиза не посмела попросить. Оставались только глаза, темные от страсти, в которых она видела безудержный огонь желания, сжигавший их обоих дотла.
Она не могла дотронуться до его тела, и это раззадоривало ее еще больше. Внутренний запрет действовал как афродизиак, усиливая и без того невероятные ощущения. Она как могла сдерживалась, стараясь остаться в реальности и не показать Алексу своего состояния, но с каждым толчком это удавалось все хуже.
Он умело двигался в ней, то ускорялся, то замедлялся, будто играл, изводил сладкими пытками. Лиза не выдержала, сдалась ему на милость, выгнулась навстречу его напору, увеличивая глубину проникновения, и обвила его бедра ногами.
Наконец, они стали единым целым, двигались и дышали в одном ритме, а сердца стучали в унисон.
Алекс чувствовал ее так же чутко, как и прежде. Все ощущения обострились до предела, ему требовалось немало сил, чтобы оставаться безучастным к ее невысказанному призыву.
До скрежета зубов хотелось сжать ее в объятьях, окунуться с головой в нежность и теплоту, заласкать до умопомрачения, но не мог себе этого позволить. Заметив, как нервно она кусает губы в любовной горячке, поддался внезапному порыву – инстинктивно протянул руку и погладил подушечкой большого пальца по ее нижней губе.
Лиза неосознанно провела языком в ответ и, взяв в рот самый кончик, начала посасывать в такт движением.
Ощущения нереальности не покидали, она будто перенеслась на десять лет назад, и перед ней был не Гилберт, а Царев. Только коснувшись языком пальца, она вспомнила эту его привычку.
У Алекса перехватило дыхание, он сделал это не специально, но то, что Лиза ответила, стало для него откровением. Значит, она не забыла его… Облегчение вперемежку с недоумением добавилось к огромной палитре эмоций. Но что это меняло? Ровным счетом ничего.
