Макс перевел взгляд на Алину — она смотрела на него с отчаянием и надеждой, и он, не в силах вынести ее испуганный взгляд, опустил глаза. Он не знал, как ее спасти. И не знал, как выбраться. Даже если сейчас призвать Дезеиды — он не сумеет так вывернуть ладонь, чтобы разрезать камень.
""Отец"".
Молчание.
""Отец""
Где-то на краю сознания слабо колыхнулась темная прохлада и затихла.
""Помоги. Пожалуйста. Не мне — ей. Помоги""
Молчание.
Раздался свист — кнут вспорол кожу на животе, и Макс, оскалившись от боли, дернул лицо к небу.
Тха-нор подошел вплотную к нему, провел рукой по ране, с удовольствием облизал ладонь. В глазах его разгорались огоньки садистского безумия.
— Я Венши, сын убитого тобой Ранши, — он с силой кулаком ударил Макса в лицо, затем — в живот, и склонился ближе, словно вдыхая его тяжелый стон. — За отца ты будешь умирать медленно и очень больно, колдун.
Отошел, взмахнул кнутом — и снова обжигающая боль по груди, от которой вышибает дыхание, темнеет в глазах и рвутся мышцы, потому что тело пытается спастись.
Макс, отдышавшись, опять нашел взглядом принцессу. Она, не отрываясь, смотрела на него, и по щекам ее беззвучно катились слезы.
Боги, девочка, как же вытащить тебя?
— Зачем тебе убивать меня, тха-нор? — спросил он, пытаясь выиграть время. Голос был похож на карканье. — Отца ты не вернешь, а я знаю, где лежат слитки золота размером с голову охонга, волшебные камни, в которых можно видеть будущее. Могу показать их тебе.
Вот так… если пойдет за золотом, можно сбежать… найти ее…
— Золото у меня есть, а будущее я тебе и так могу предсказать, — расхохотался Венши, размахиваясь.
— Ты умрешь сегодня, колдун. А если бы ты мог его видеть, ты бы не попался.
Свистнул кнут — раз, два. Макс застонал — каждый следующий удар ложился поверх предыдущего, принося все большую боль. Замолчал, хватая ртом воздух, судорожно оглядывая двор. Ворота открыты. У стены за спиной Алины охонги. На нее уже почти не обращают внимания — столпились вокруг тха-нора, жадно смотрят, подхохатывают, ставки делают, сколько пленник продержится, не сдохнет.
Ее страж тоже смотрит завороженно и не держит принцессу. Стражники с ворот спустились вниз, подошли к толпе — не хотят пропускать потеху. Если ей удастся сесть верхом… как, как ей удастся?
— Что-то ты плохо кричишь, — сказал Венши, растягивая слова. — Принесите жаровню. Пора припечь и посмолить его.
Макс снова посмотрел на Алину. Настойчиво, в глаза. Перевел взгляд на ворота — и она оглянулась.
