Ренх-сат тоже дернулся — и дальше смотрел на происходящее так, будто осознал, что колдун-то ненормальный.
— А тысссс, волшшшшшебница? Ты зачемсссс такая сссслабая сссстала? — с укором поинтересовалась у Виктории Осси.
— Я не специально, — ответила Виктория, с усилием улыбнувшись. — Великая хранительница, его величество Луциус показывал мне сокровищницу Инландеров. И я припоминаю там с десяток очень мощных накопителей. Не могла бы ты одолжить мне один… мне очень нужно помочь его светлости.
— Ссс-вет-ло-сссти, — зашипела-засмеялась змея.
— Я бы и радассс, волшшшебница. Но нашшша сссуть такова, чтоссс мы должныссс охранятьссс сссокровища детей Инлияссс от чужих. А тыссс, хоть и вернаясссс, но чужаясссс. Нельзяссс нарушшшать правилассс, даже если мирссс на краюссс гибелиссс и мы тожессс… Вообщессс, мы должныссс убитьссс тебя за проникновениессс, но ты с змеенышшшемссс…
Инри, вцепившаяся в запястье Люка, что-то прошипела.
— Чтоссс? — раздраженно вскинулась Осси, отодвинувшись от Вики.
— Дайссс и нессс занудссствуйссс, — так же раздраженно ответила Инри, отцепившись от запястья и зализав раны языком. Люк так и стоял у стенки, отходя от эйфории.
— Нельзяссс! — шикнула Осси.
— Формалисссстка!
— Ессссть давниессс законыссс! Без разрешения старшей белой кровиссс нельзяссс!"
"— Вотссс тебессс сссстаршая белаяссс кровь! — Инри мотнула головой на Люка. — Змеенышшш!
— Я согласен, если вдруг мое согласие требуется, — поспешно сказал Люк. — Пусть хоть все выносит, если это поможет.
— Вссссе, — раздраженно зашипела Осси, — поколенияссс предковссс копилиссс, создавалиссс себе ложессс, а он всссе!
— Да идиссс ужесс! — пришикнула на нее Инри. — Ищисс!
Овиентис, плеснув хвостом, исчезла.
— Подождать надоссс, — ворчливо сообщила оставшаяся змеица. — Покассс найдетссс… пока волшшшебница воссстановитьссся…
— Я не могу ждать, — проговорил Люк. — Леди Виктория, вы знаете, к какому порталу я полечу. Успеете нас перехватить — хорошо. И я оставлю вам молоко для наших дам.
Нальете им, хорошо?
Виктория кивнула, не открывая глаз. Она и дышала-то сейчас с трудом.
Люк прошел по пустым и гулким коридорам Глоринтийского дворца. Пленник не дергался — шагал рядом, глядя вокруг со сдержанным интересом.
Дармоншир бы тоже не дергался, если бы его вели в родной мир.
Входные большие двери были заперты — пришлось разбивать окно, из которого тут же ударил ветер напополам с ливнем, перелезать, рискуя порезаться.
