— Значит, нет?
— Нет! Нет! — да, прозвучало с истерикой, но я просто не выдержала напряжения от его, такого близкого присутствия рядом. Меня буквально затрясло всю.
— Что ""нет""? Полина? — неожиданно раздавшийся от двери голос Сергея Витальевича обрушился буквально очистительной нирваной после долгой утомительной медитации.
Безопасник зашел в помещение, которое от присутсвия в нем сразу двух очень больших мужчин стало совсем крошечным, посмотрел с некоторой тревогой на меня, потом перевел взгляд на Пашу.
— Я попросил Полину сделать мне кофе.
И принести в кабинет. — Лениво процедил Носорог, не отрывая от меня своего пугающего черного взгляда. И я знала, что там скрывается, в этой черноте. Ничего для меня хорошего. Глупая, глупая, опять разозлила, опять на пути бегущего носорога встала… Но по-другому я не могла. Никак. По-другому — это уже дно. И даже ниже.
— У вас, Павел Сергеевич, своя секретарша для этого имеется. А Полина пока что не вошла в курс дела.
Носорог перевел взгляд на безопасника, и тот, как мне показалось, слегка спал с лица.
Но смотрел по-прежнему спокойно.
— За мной. — После целых полминуты молчания, когда напряжение в комнатке можно было ложкой черпать, скомандовал Носорог и, не оглядываясь, вышел из помещения.
Я встретилась взглядом с боссом, и, видно, на лице у меня вся эмоциональная гамма отразилась, потому что он неожиданно ободряюще подмигнул:
— Не бойся, Полина. Это он мне.
И вышел из комнаты. И в ту же секунду у меня из рук вылетела чашка с кофе, осколки и брызги разлетелись по всему полу.
А я просто тупо смотрела на дело рук своих и не торопилась отмирать.
21
В который раз за эти несколько дней ох**вает, Паша уже и не считал. Мир вообще с некоторых пор перевернулся с ног на голову, и пытаться его восстановить было пока нереально. Но это не значит, что он не пытался.
Оборзевшая казачка, поверивший в себя Батя, охамевший вконец Черный… На их фоне очень правильно и привычно уютно смотрелся Пузырь, которому Паша все же натянул сегодня глаз на жирную жопу.
Так, что пришлось скоту, любителю загружать своих сотрудников неоплачиваемой сверхурочной работой, да еще и издеваться над безответными девчонками, отсылая их на такси по объектам, полным грубых мужиков, даже больничный брать. Нервишки подлечивать. За свой счет, конечно.
Не было в этом никакого удовольствия, но Паша и не стремился его получить. Просто вел себя, как привык. И не его вина, что Пузырь чуть не обделался прямо на рабочем месте.
