– Скорее! Торопитесь!
У водителя «скорой» нашелся ломик, которым дверь ловко и быстро открыли.
Ксения Михайловна хотела отравиться. Собрала весь немалый хранившийся в доме запас лекарств и выпила. Ее спасло то, что началась рвота, да и врачи вовремя подоспели. Я пряталась в соседней комнате, боялась, как бы моя физиономия не вызвала новый нервный приступ. С ужасом смотрела на гору коробочек, баночек и блистеров от пилюль. Чудовищно! Человек одной ногой стоял в могиле!
Виктор Владимирович приехал, когда Ксению Михайловну готовились выносить в карету «скорой помощи».
Впервые я увидела на его лице игру чувств и эмоций. Он страшно испугался за жену: покрылся пятнами, а глаза приобрели цвет и выразительность. Не позволил уложить жену на носилки:
– Нет, нет, вы можете уронить! Я сам!
Взял ее, обморочно бесчувственную, на руки и понес вниз.
К слову сказать, Ксения Михайловна была под стать своему блеклому мужу. Худенькая невзрачная пожилая девочка. Откуда в тщедушном тельце вулканы страстей?
Через несколько дней Ксению Михайловну из отделения токсикологии перевезли в другую больницу – психиатрическую.
Поставили диагноз – шизофрения.
Виктор Владимирович, еще пуще посеревший от горя, делился со мной:
– Врачи говорят, что болезнь запущена. Надо было раньше обращаться. Но кто бы мог подумать?
«Я! – хотелось напомнить. – Я тебе сколько раз твердила, что у нее проблемы с психикой? А ты: ревность – черта характера! Вот едва и не потерял дорогого человека!»
Но ничего говорить, естественно, не стала.
У него и так бед по макушку, зачем упрекать.
Мужу эту историю, подробно и с деталями, я рассказала. Признаться, боялась, что добровольный информатор, который Ксении Михайловне звонил, решит просветить и моего супруга в отношении наших регулярных обедов. Лучше уж я сама все точки расставлю. Когда закончила говорить, отчетливо прочитала на мужнином лице хмурое сомнение: было или не было, а дыма без огня…
И это психически здоровый человек!
Фигуры речи"
"«Секир-башка! Голову тебе оторву!» – обозначал мой жест: кулак на кулак и вращательные движения.
– Но я тебя предупреждал! – беззвучно, одними губами артикулировал муж.
Мы обменивались с ним «любезностями» за спиной у гостей, которые минуту назад пожаловали в наш дом. Но все по порядку.
Воскресенье, вечер. Это принципиально: не благословенный в преддверии выходных пятничный вечер, не субботний вечерок. Воскресный. Завтра на работу, детям в школу, куча несделанных дел.
