Когда она появляется в балетной пачке на дальнем-дальнем плане, Игорь начинает неистово бить в ладоши. Народ принимает его за ценителя и подхватывает аплодисменты.
Ни сном ни духом
Когда раздался первый звонок, я решила, что ошиблись номером. В мире не существовало женщины, которая имела бы право заявить мне:
– Оставьте моего мужа в покое! Я все знаю! Вы – его любовница! Требую прекратить надругательство над нашей семьей! – и бросить трубку.
Неприятно, но чего только с телефонами не бывает. У моей приятельницы однажды телефон неделю разрывался днем и ночью – о прибытии и отправлении поездов спрашивали или просили билеты забронировать.
К тому времени, когда на АТС разблокировали спайку с вокзальным телефоном, моя подруга уже расписание движения поездов купила и давала справки, потому что проще было один раз ответить, чем выдерживать повторные звонки. Если человеку нужно узнать про поезд, он будет терзать телефон до победного конца.
Через два дня тот же женский голос истерически вибрировал в трубке:
– Не желаете угомониться? Бессердечная! Разрушаете семью…
– Вы ошиблись номером, – спокойно сказала я.
– Хищница! – закричала обманутая жена и бросила трубку.
На третий раз я не дала ей слова сказать, перебила и тоже на повышенных тонах заявила:
– Послушайте! Вы звоните постороннему человеку! Если так не терпится выяснять отношения по телефону, то хотя бы номер правильно набирайте!
– Значит, – ответила она после секундного молчания, – пытаетесь все отрицать? И Виктора уговариваете не признаваться?
– Вашего Виктора знать не знаю!
– Наглая, неприкрытая ложь! Вы вместе работаете!
Я работаю в дирекции Одесского порта.
У нас трудится несколько тысяч человек, и две сотни Викторов среди них точно найдется. Из этого ничего не следует.
– Продиктуйте мне, пожалуйста, номер телефона, который вы набираете, – спокойно попросила я.
На том конце провода слышалось напряженное нервное сопение, потом она выпалила:
– Ненавижу!
И, как водится, бросила трубку."
"Она звонила регулярно: дня не проходило, чтобы настырная баба не отметилась.
И всегда по одной схеме: крикнет какое-нибудь оскорбление и бросает трубку. Не успеваю слова вставить или пригрозить милицией. Ладно бы она только мои нервы трепала! Но у меня муж – моряк, сейчас в рейсе. Вернется, приятно ему будет трубку поднять и услышать, что его жена – чья-то любовница? Как я ни оправдывайся, осадок все равно останется.
Эти ежевечерние звонки вошли в мою жизнь, как новая тревожная составляющая.
