Я делать этого не могла, после операции и курсов химиотерапии не только по документам, но и натурально превратилась в инвалида.
«Терапия» в переводе означает «лечение», но химиотерапия – это убийство. Убиваются раковые клетки, а заодно и многие полезные. У меня клоками полезли волосы. Пришлось побриться наголо. Я редко подходила к зеркалу. Потому что отражение демонстрировало мне какое-то жуткое существо. Не женщина, не мужчина – лысый равноплоский спереди и сзади скелет, обтянутый кожей землистого цвета.
Впервые я расплакалась на свой день рождения. Из-за подарка, который сделал Игорь. Наверное, даже определенно, он хотел как лучше, а я забилась в истерике. Игорь подарил деталь женского туалета, сшитую в специальной, для таких, как я, мастерской. Бюстгальтер, чашечки которого заполнены мягким поролоном, – муляж.
Невыплаканные слезы, невысказанные проклятия судьбе – все хлынуло из меня прорвавшейся плотиной. Игорь укачивал меня, гладил по голове и обзывал себя идиотом.
Я ни на секунду не забывала, что где-то у него есть любимая женщина. Наверное, хороший человек, если довольствуется редкими свиданиями, терпит его подвижничество в первой семье. Нам без него не справиться. Игорь – настоящий товарищ, друг, жертвует собой. У меня выбора нет – только принимать его жертву. Вслух мы об этом никогда не говорили. И даже в свой день рождения, когда я истошно рыдала, ни упреков, ни благодарностей на него не выплеснула.
Прошло больше года. Жизнь стала выправляться. Врачи осторожно говорили о хороших прогнозах. Похоже, болезнь победили. Я немного поправилась, начали отрастать волосы и ногти. Благодаря лечебной физкультуре и, главным образом, настырному инструктору – Игорю я, наконец, смогла выполнять упражнение «руки почти вверх».
Забавно, но окончательно я убедилась, что страшный период позади, в магазине. Покупала вино к какому-то празднику. Продавщица внимательно на меня посмотрела и спрашивает:
– А сколько тебе лет, голубушка?
– Тридцать три, – честно ответила я.
– Маша! Иди сюда! – продавщица вдруг стала звать свою коллегу. – Ты веришь, что она – моя ровесница? – ткнула в меня пальцем."
"– От силы бы двадцать дала, – сказала Маша. – Девушка, а как вам удалось сохраниться?
Что я могла им ответить, если врагу не пожелаю такого омоложения?
– Диета и лечебная физкультура, – с умным видом проговорила я.
