Тем более, её слова Трибэ подтвердил. Так что звездил ты, Туз! И это правда, а не хамство.
- Давайте не будем, а?! – возмутилась Маша.
Ну чудо, а не девушка! Пока, значит, с их стороны всё хорошо – она молчит. Но как ситуация не в их пользу, так сразу просит остановиться. И глазками своими красивыми – луп-луп!.. Я уж молчу, что за Аню никто из Машиных пацанов тогда не заступился…
- Не будем, – согласился Сочинец. – Ну ладно. Туз, что ты предлагаешь?
- Нам надо, типа, объединяться! – снова обретая уверенность, заявил тот.
– Надо создать общий фонд еды и вещей! Надо, типа того, всем делиться. Вон, Романа поставить продуктами заведовать. Он парниша ответственный: даже костёр первым развёл. А Маша пусть вещами там…
Сохранить серьёзное выражение лица лично мне удалось чудом. Нет, так-то предложение Туза выглядело вполне себе невинным. И даже немного рациональным. Вот есть ответственный мальчик Рома: пусть он всю еду хранит. А Маша пусть вещи собирает. А он, Туз, вроде как ни при чём.
Только Маша на меня обижена, а Романа он запугал так, что тот будет делать всё, что скажут.
- А вы там будете это… Идеи собирать! – закончил довольный собой Туз.
- А скажи мне, дорогой мой… А что нам мешает делать всё то же самое, но без вас? – спросил Сочинец. – Идей у нас миллион – на всё рук не хватит. Вещи и продукты уже есть. В отличие от Маши и Ромы. А пайки, уж извини, у каждого свои. Никто делиться не будет. Нет, Туз, плохое у тебя предложение!..
Туз зло скрипнул зубами, а Маша, Ника и Рома неуверенно переглянулись.
- Давай лучше я тебе предложу… – Сочинец улыбнулся. – Ты перестанешь прессовать всех вокруг. А если есть что сообщить по-братски, то придёшь и сообщишь. Вот нам есть, что тебе сообщить. Мы даже готовы это сделать в качестве жеста доброй воли!
- Да?.. – Туз с сомнением посмотрел на военного, и тот снова ответил улыбкой.
- Там за лесом – обрыв. А за обрывом – ущелье. А за ущельем – возвышенность. А на этой возвышенности стоят капсулы другой группы.
И рядом, знаешь, что есть?
Сочинец выдержал театральную паузу.
- Алтарь Вознаграждения под номером тридцать четыре тысячи и чего-то там! – закончил военный, вызвав удивлённые вздохи со стороны Дуная и Костромы. Ну и не менее удивлённые выкрики со стороны наших гостей.
- Видишь, вот я по-братски тебе это сообщил. И больше ничего не сообщу. Пока ты тоже мне по-братски что-нибудь такое же важное не расскажешь, – Сочинец улыбнулся.
