На этом приёме присутствует моя старшая дочь, Светлана!
Он указал на девушку, и сотни глаз устремились к ней.
— Я не видел её целых десять лет. Она обучалась в престижной частной школе, добилась множества успехов и вернулась домой. И потому сегодня я объявляю, что Светлана ищет себе мужа!
Под аплодисменты гостей Светлана вскинула брови, а затем решительно направилась к сцене. Взобравшись на неё, она громко произнесла:
— Мой отец ошибся. Я не ищу мужа!
Нужно было положить конец этому спектаклю, пока не случилось плохого.
— Ошибся? — воскликнул барон. — Нет, сегодня же мы найдём тебе супруга, а завтра будет свадьба!
— По правилам академии, где я учусь, мне запрещено вступать в браки и союзы до окончания договора об обучении, — спокойно возразила Светлана.
— Мне плевать на твою академию! — рявкнул отец. — Я уже отправил письма с требованием твоего отчисления. Так что поздравляю, доченька, больше ты там не состоишь! Я твой родитель, так что слушай мою волю.
Зал зашумел. Все начали перешёптываться. Кто-то смотрел на Светлану с сочувствием, кто-то с любопытством, а кто-то и вовсе с завистью.
В этот момент шестидесятилетний барон Череницын склонился к её отцу и что-то зашептал ему на ухо. Оба отошли в сторону.
— Я не против взять её второй женой! — выкрикнул молодой аристократ.
— А я — третьей! — донеслось из толпы.
— Четвёртой женой! — поддержал пожилой граф Потёмкин.
Светлане захотелось закатить глаза. Она чувствовала себя мерзко посреди этого аукциона за её тело.
На сцену вышел барон Череницын, уверенно провозгласив:
— А я готов взять её первой женой.
Более того, заключу с родом Клюквиных договоры и сделаю их партнёрами в разработке шахт!
У отца Светланы чуть челюсть не отвисла. Золотые прииски барона Череницына делали это предложение слишком выгодным.
— Всё решено! — воскликнул барон Клюквин. — Ты станешь его женой, Светлана! Выпьем, барон? — протянул он бокал Череницыну.
— Это фарс! — выкрикнула Светлана, вновь выходя на сцену. — Такому не бывать!
Она чувствовала, как рушатся последние обрывки надежды на счастливую семью.
В груди засела обида и разочарование. Это чувство с тяжестью сжимало её сердце. Иллюзии, что когда-нибудь родные Светланы изменятся, окончательно исчезли.
— Закрой рот и подчиняйся! — прорычал отец. — Думаешь, академия станет вступаться за одну ученицу против аристократии? Когда-то по глупости я отпустил тебя туда! Теперь ты живёшь по моим законам!
— Почему по глупости? — усмехнулся пожилой барон Череницын.
