По узкому коридорчику Вася прошла в комнату, которую снимала. Там, на незастеленной кровати, стояла большая спортивная сумка, из которой торчали какие-то вещи.
«Кому-то еще Ангелина комнату сдала, – догадалась Вася. И тут же встревожилась. – Интересно, кто это сюда, в глушь, приехал и когда? Может быть, это именно тот человек, которого и узнал Гурам на ночной дороге?»
Вася притворила дверь и прошла в горницу. В прикрытое светлой кружевной занавеской оконце увидела соседский двор. Из дверей своего дома выходила Наталья Волохова.
Внимательно посмотрев за забор, в сторону дома Ангелины, она решительно направилась к калитке. Вася инстинктивно отпрянула от окна и вдруг заметила, что в правой руке Наталья Игнатьевна держит топор."
"Сердце совершило кульбит и ухнуло куда-то в пятки. Она поняла, что ее проникновение в дом не осталось незамеченным и теперь Волохова идет ее убивать. Спасаться бегством было поздно. Вася заметалась по маленькой комнатке в поисках хотя бы какого-то оружия, которым могла бы попробовать защититься, и тут вспомнила, что из верхнего ящика буфета, стоящего у стены, ее квартирная хозяйка как-то доставала большие портновские ножницы.
Одним прыжком, уже слыша звук открывающейся двери, она прыгнула к буфету, вытащила несмазанный, заедающий ящик, сунула в него руку, чтобы нашарить спасительные ножницы, и замерла. Ее пальцы наткнулись на что-то круглое. Заглянув в ящик, Василиса увидела россыпь серебряных монет. На нее смотрел знакомый с детства гордый профиль Петра Второго.
– Тебя что, не учили, что по чужим шкафам лазать неприлично? – услышала она знакомый голос и подняла глаза.
Перед ней стояла Ангелина, а за ее спиной – Катька, реквизиторша из областного драмтеатра, взахлеб рассказывавшая Васе про Вахтанга, его жену, любовниц и внебрачного ребенка.
– Привет, Васька, – небрежно бросила Катерина. – Что смотришь? Удивлена? Это мамка моя. Я к мамке приехала.
– Ты дочь тети Ангелины? Та самая, что хотела за Вальтера замуж выйти? – глупо спросила Василиса, как будто именно это сейчас было самое важное.
– Да в гробу я видала эту немецкую сволочь! – Глаза Катерины вдруг полыхнули огнем ненависти, Вася даже отшатнулась, чтобы ненароком не опалило. – Не ровня я ему, видите ли. Подумаешь, цаца какая. Я вот только понять не могу, почему и он, и Вахтанг мне тебя предпочли. В тебе ведь ни кожи ни рожи. Плюнуть не на что, плоскодонка. – И она с удовольствием оглядела свой пышный бюст.
– А у тебя и с Вахтангом роман был? – догадалась вдруг Вася.
